Как же ей было неловко! Она буквально сгорала от стыда, а еще проклятый мозг все напоминал, как она полетела вперед и впечаталась… в грудь? В живот? Какой кошмар. Сердце опять зашлось, и стало тяжелее дышать.
Ну почему приехал именно Серебров? Лучше уж она бы упала на того веселого парня… Конечно, лучше всего было бы ровно стоять на ногах.
– Цветкова, – тихо выдохнул Борис Алексеевич. Лиля вздрогнула, не ожидав, что охотник заговорит с ней.
– Ну кто так делает? Приходи помочь, говорили они, первый год знаков… Как-то мне с твоей группой не везет.
– Увлеклась, – пробормотала Лиля, тихо выдыхая про себя. Он не сердился.
– Простите, Борис Алексеевич.
– Боря… – машинально поправил мужчина и сам удивился. – Однако неплохо меня знаком приложило.
– Боря? – Лиля неожиданно для себя расплылась в глупой улыбке.
– Цветкова, не наглей. Борис, но на «вы» и когда рядом никого.
Мужчина снова замолк, но Лилю так и подмывало что-нибудь спросить. Почему он сегодня пришел? А тогда? Это просто совпадение? А как он создавал знак? Но с языка сорвался совершенно дурацкий вопрос.
– Борис, – она не избежала соблазна назвать охотника по имени, – а вы выкинули мою резиночку?
Охотник удивленно поднял брови и слегка наклонил голову: до него не сразу дошло, что речь шла о «детском безобразии», которое он снял с ее головы полтора года назад.
– Понятия не имею, где она, – Серебров усмехнулся. – Но все равно бы не вернул. Не заслужила.
– Но я же все выполнила. Прошла чуть ли не полкласса.
– А надо было всего три шага и без выкрутасов.
Дверь резко открылась, из аудитории послышалось движение, Кир вынес бледную, как полотно, Вику. Лиля подскочила, но Борис резко усадил ее на скамейку.
– Вот без тебя там не справятся, – скептично проговорил он. – Вся медчасть сидит и молится, когда же придет Цветкова.
– Вдруг я могу помочь…
– Да ничем ты тут не поможешь, – Борис Алексеевич замолчал, словно раздумывал, стоит ли говорить или нет, но все же продолжил: – Она не тянет. На оперативника – точно.
Лиля взвилась, выпрямилась и с вызовом посмотрела на охотника. Неловкость мигом прошла.
Что он такое говорит? Вика самая умная в группе, как она может не тянуть?
– Ну давай, – безразлично хмыкнул мужчина. – Скажи, что я, негодяй такой, обижаю милую девочку.
– Вы не правы. Вика лучше многих. Если даже у меня получилось, то Вика…
– Ты – это ты, Цветкова. Она – это она. Ты тянешь, подружка – нет. Такое бывает. Если честно, не она одна…
– Тогда я ей помогу. Девочки возились со мной. Если надо, то я ради них…
– Цветкова, тебе просто нужен был хороший пинок, а тут… Не надо тащить человека туда, где ему не место. На что он ни физически, ни морально не заточен. Может, из нее гениальный аналитик выйдет, а ты ее в «поле». Так, за компанию, устроишь человеку персональный ад. Хороша помощь.
Лиля насупилась, ее задевал самоуверенный спокойный тон и слова, которые оставалось только проглотить.
Остаток дня три подруги провели в комнате у Вики. Девушка быстро пришла в себя, но слабость осталась.
– Вот это урок! – Лиля тщетно пыталась завязать беседу, но Вика с Катей больше помалкивали. Одна от усталости, вторая от сдерживаемой злости. Кате удалось вызвать искру, но барьер, который держал охотник, она не сдвинула ни на миллиметр. В первый раз за время обучения она не справилась с заданием.
– Это что-то невозможное! – выпалила Катя. – Что-то за гранью. И как, блин, использовать эти… штуки?
– Главное, успокоиться. Вы чего, девочки? Раньше тоже было сложно…
– Не так! – Катя вскочила, но спохватилась. – Ладно, уже поздно. Я сегодня домой. Отпустили на выходные. Хочу прийти в себя после этого кошмара. В понедельник опять чертова практика. Надеюсь, уже без этих двоих. Слушай, Цветочек, а чего ты смолчала? Я видела, что Серебров не держал барьер, а прибил тебя к стене.
– Он мне помочь хотел… Знаешь, Борис сказал… – Лиля запнулась, а глаза Кати сверкнули от злости.
– Борис. Приехали. Цветочек, у меня новости: хрень творит твой Борис, а ты его оправдываешь. Втюрилась, так молчи, – Катя вышла из комнаты, хлопнув дверью. Лиля перевела затравленный взгляд на Вику.
– Цветочек, не обидишься, если скажу, что хотела бы поспать?
– А, да, хорошо…
