Крису не давало покоя поведение Томаса. Последнюю неделю он не позволял к себе прикасаться, ему было вечно некогда, а ночами он спал как убитый, по утрам Томас просыпался, но опять же умолял любовника оставить его в некотором покое. Однако после таких, казалось бы, грубых высказываний он обещал, что сможет уделить ему больше времени, когда закончит с работами. Странная отговорка, по мнению американца, и чем ближе подходил срок, тем нервозней становился Хемсворт. Ещё вчера Том практически всё закончил, уже пора бы официально объявить перерыв, закрыть машину плотной тканью и до весны забыть о ней.
Проснувшись рано утром, Крис нежно поцеловал Люсиль в губы и улыбнулся, когда она тихо выдохнула, поворачиваясь на бок. Колдун выскользнул из её постели, укрыл любовницу, коснулся её тёмных волос, накинув халат, и вышел из её спальни. В доме было тихо и ещё темно. Судя по всему, до рассвета ещё пару часов. Американец окинул спящий дом задумчивым взглядом, он прекрасно ориентировался в полутьме «Allerdale Hall». Хемсворт повернулся и отправился прямиком по коридору в сторону спальни Томаса. Дверь была не заперта, и проникнуть туда не составило большого труда. Он бесшумно прошёл в комнату Томаса, закрыл дверь и скользнул к его постели. Колдун двигался уверенно, неспешно. Оказавшись возле постели, он скинул халат и, полностью обнажённый, забрался под одеяло. Внутренне Крис был готов к очередному отказу, но в этот раз Хиддлстону придётся объяснить в чём дело. Хемсворт всем телом прижался к тёплому британцу, который лежал на боку спиной к нему и лицом к окну, жадно вдохнул запах его черных волос и крепко прижал его к себе. В каждом его движении прослеживался собственник.
— Хватит спать, — улыбаясь, прошептал Хемсворт в ухо Томасу, тот вздрогнул и поёжился, а затем хрипло засмеялся. — Просыпайся, я так тебя хочу.
— Как тебе только сил хватает? — тихо бросил Хиддлстон, ощущая, как горячая рука поглаживает его живот через пижамные штаны, разумеется, он знал, что ночью Крис был у сестры, и они не спали половину ночи. — Ты спишь вообще?
Баронет перевернулся на другой бок, сразу же угодив в объятия американца, который внутренне успокоился, настрой у Томаса был довольно игривый и многообещающий.
— А ты в моей силе не сомневайся, на вас двоих хватит с лихвой, — хищно усмехнулся Хемсворт, а затем быстро чмокнул любовника в губы. — Ты ведь заканчиваешь сегодня работы? Не наврал мне, м?
Хемсворт зашарил ладонями по гибкому телу баронета, стаскивая пижаму. Баронет не противился, наоборот, помогал ему в этом и тонко улыбался.
— Заканчиваю, — дыхание Томаса заметно сбилось, когда любовник торопливо стянул с него штаны и отпихнул их куда-то под одеяло.
— Хорошо, — Крис приник к губам британца, жадно целуя его, а когда отстранился, произнёс с некоторым оттенком волнения. — Я сделаю ей предложение сегодня.
— Наконец-то! — прошептал Томас восторженно, словно ждал этого несколько лет. — Всё должно быть красиво, я хочу, чтобы это был лучший день в её жизни.
— Так и будет, — заверил Крис, подминая баронета под себя, втискиваясь между стройных ног. — Около полудня поеду в город, надо кое-что приобрести.
— Я так рад, — прошелестел Томас и сам потянулся к губам Хемсворта.
Они с Крисом не заговаривали об этом с того самого вечера, когда баронет поведал колдуну свою загадочную историю. Так, ликуя и наслаждаясь словом «кровосмешение», Хемсворт более не поднимал тему супружества, и вот он, наконец, сделает Люсиль предложение. Томас чувствовал приятное волнение по этому поводу.
Люсиль определённо скажет «да» и воспарит как черная бабочка во тьме, но эта тьма будет спасением, а не сулящей страх ямой, в которой Хиддлстоны заживо себя закапывали, а может, их закапывали призраки, живущие в этом доме, отец и мать, которые их ненавидели, а помогали им ни в чём не повинные жертвы безответной любви. Все эти призраки вносили свою лепту, они привязали Хиддлстонов к этому проклятому дому с одним только намереньем - уничтожить своих мучителей.
Томас вздрогнул и отстранился, разрывая поцелуй, Крис не понял, что произошло, ведь ещё минуту назад баронет сам льнул к нему, а сейчас взволнованно озирался по сторонам.
— Люсиль спит, — попытался успокоить Хемсворт, но Томас словно бы не слушал его, он уставился на запертую дверь. Крис попытался отвлечь любовника, накрывая баронета своим горячим телом и прижимаясь губами к белоснежной шее. Томас крупно задрожал, и с губ его слетел тихий стон. Американец лизнул сладкую кожу и словно вампир прижался к плоти британца зубами, не нанося вреда и не кусая, Крис всё же не удержался и оставил за его шее засос. Томас несмело обнял колдуна и прошептал взволнованно:
— Крис, я боюсь.
