Вначале усилилась толчея. Все же не все собрались на ярмарке для ознакомления с пыльными фолиантами — многие пришли просто поглазеть на паяцев и акробатов, выпить и закусить, весело провести время. Нас уже толкали, а продавцы каштанов и всякой мелочи становились слишком навязчивы.
Асон, продолжая придерживать меня, устремился к выходу с площади.
Но неожиданно толпа охнула, разразилась криками и улюлюканьем, люди позадирали головы, указывая куда-то в небо. Я тоже не удержалась и взглянула вверх. Там, по протянутому над площадью канату, шел человек. Высота была огромная — веревку привязали к шпилям самых высоких зданий, мэрии и храма Красной луны.
Я увлеклась зрелищем и притормозила, невольно вжавшись в тело учителя.
– Пойдем отсюда, – сдавленно сказал он. Рука его сомкнулась на талии так сильно, что я тихо ойкнула.
– Что происходит? – отвлекшись от безумного канатоходца, я возмущенно повернулась к Асону.
На нем лица не было, а глаза уже наливались золотом, прочерченным узкой иглой зрачка.
— Запах болотника, — прошептал он и закрыл нос рукавом. — Так остро его чуют только драконы. Быстро, пошли отсюда, Олейно.
Голос учителя трансформировался, стал более низким, переходящим в рычание.
Мы побежали с площади, пробиваясь сквозь толпу, но гуляющие словно нарочно сговорились помешать нам ускользнуть. То шустрые мальчишки кидались под ноги, то парочки начинали целоваться прямо на нашем пути. Мы натолкнулись на тетку с переносной жаровней и Асон согнулся, споткнулся и... зарычал.
— Я не успею, — произнес он почти с отчаянием.
— Куда прешь, пьянь, — грубо прокричала тетка. От ее жаровни валил пар и воняло какой-то дрянью.
Я подставила учителю плечо и мы бодренько ринулись к темному переулку, замаячившему между домами.
— Оборот. Болотник провоцирует оборот. У женщины... в жаровне был сухой болотник.
На лбу Асона выступила испарина, а по плечам то и дело пробегала непонятная зыбь. И всего его как будто ломало, трясло, как в лихорадке.
— Оборот?! — а вот это было бы очень неудобно. — Крепитесь, наставник!
Он снова споткнулся и мы не успели добежать до переулка. Выскочившая навстречу компания веселых студентов оттеснила нас к стене. Я прислонила к ней Асона и приготовилась к эпичному зрелищу.
Никогда не видела оборота и сейчас гадала — задавит ли он меня своей тушей, а может, мне стоит бросить его и бежать, выживут ли гуляющие, на какие расстояния драгоценный учитель плюется огнем? И самое главное — насколько он разумен в облике дракона?
— Поцелуй меня, — хрипло велел Асон.
— Вы уверены, что это хорошая идея? — нервно усмехнулась я.
— Это ужасная идея, но поцелуй истинной усмирит Дракона... не даст перекинуться. Быстрее, демоны тебя задери, пока я не выпустил клыки!
Угроза выпустить клыки на меня подействовала (сама не знаю, почему так испугалась). Я обняла учителя за шею, а он подхватил меня под нежные округлости (скажем так) и резко притиснул к себе.
Я целовалась раньше с одним своим сверстником, но поцелуй с Асоном... Это оказалось настолько сладко и крышесносяще, что мир вокруг просто померк.
Он повернул меня к стене и накрыл невыносимо жарким телом.
Целовал он медленно и обстоятельно, словно пробуя на вкус. И губы его были жесткими, властными, заставляющими подчиняться.
Темная вязкая страсть захлестнула меня и я сама начала активно ему отвечать. Поцелуй вскоре стал более грубым, глубоким. Я даже с силой схватила его за волосы на затылке.
А затем он резко поставил меня на землю.
— Что вы творите, учитель? — возмутилась я и покачнулась. Возмутилась, естественно, неприличному поцелую, а не тому, что этот ужас прервали.
Дева Ориука вообще не такая, гы...
Вокруг все так же сновали зеваки. Проходивший мимо парень на ходулях в знак одобрения показал нам большой палец, а стайка цветочниц посылала Асону недвусмысленные и пылкие взгляды.
— Кажется, мы их впечатлили, — выдохнул учитель, но зато глаза его снова сделались ясными и голубыми, и никакие клыки больше не рвались прорезаться.
Я прижала пальцы к разгоряченным губам.
— Мне удалось прикрыть нас иллюзией, Олейно, — сказал учитель и накинул мне на голову капюшон. — Так что сегодняшнее непотребство останется между нами. И в огромном секрете.
— Как будто это первое наше секретное непотребство, — буркнула я.
— И все же оно не входит в программу. Поэтому настоятельно рекомендую все полученные сейчас знания забыть и не вспоминать даже во сне.
— Я лучше использую этот опыт с будущим избранником, учитель.
Он скривился, но промолчал.
— И мне бы хотелось узнать, что за дрянь этот болотник? Драконы настолько уязвимы?
Мы, уже не торопясь, двинулись к выходу с площади. Рулевой челнока обещал ожидать нас за мэрией, в тихом квартале ткачей.
— В том-то и дело, что болотник редко встречается. Понимаешь, его трудно добывать. Очень трудно. Он ядовит и почти ни на что не пригоден, кроме как провоцировать драконов. Пробуждать в них зверя. И стоит дорого.
— Думаете, его принесли специально? А...
