— Я хотел дать тебе выпустить пар. И хотел наказать Дракона. Знаешь, как трудно ему было утерпеть, не схватить тебя и не унести в мои покои? Пусть учится впредь не лезть поперек батьки в бездну.
Следующий вопрос замер у меня на губах, потому что я представила «покои» и покраснела.
— Кто может нас найти? От кого вы скрываетесь? — перевела я разговор с провокационной темы на действительно важную. — Поделитесь. Расскажите правду. Мне невыносимо ничего не знать. Невыносимо чувствовать себя пешкой.
— Этой правды я сам боюсь, — ответил он серьезно. — Я не тот, кем кажусь, мое прошлое весьма и весьма сомнительно. И вряд ли тебя это утешит, но я и сам не знаю, что происходит. Чего хотят от меня боги. Когда-то они запретили мне искать пару.
— Почему?
— Потому что... истинная любовь усиливает дракона, раскрывает его магию в полной мере. Но моя магия, Саша... Ее лучше не раскрывать.
Он опустил голову и задумался. Сейчас, в одной рубашке, выбившейся из-под пояса брюк, он казался таким близким, обычным. Не драконом или грозным деканом, а просто приятным и безумно дорогим молодым мужчиной. Которого я, видимо, все же люблю.
— Я был очень юн и взбунтовался. Отправился в путешествие, в надежде найти подходящую Искру и стать самым сильным драконом в... В общем, неважно. Я понес наказание. В результате череды ошибок, мой Дракон оказался запечатан. Я не могу рассказать тебе больше.
— Но почему? — Я искренне не понимала. Что за такой большой секрет?
— Ты перестанешь меня уважать, Саша, — ответ прозвучал просто и непосредственно. Какого-то стыда или особенного раскаивания в глазах драгоценного наставника тоже не появилось.
Асон просто констатировал факт.
— А...
— Пойдем. Ты достаточно согрелась, чтобы выйти на холод? — И он вдруг заторопился и принялся натягивать камзол. Нечаянно попал не в тот рукав и потом тихо ругался, пока застегивал пуговицы.
Но самое гадское, что нашу проблему мы так и не решили. Только окончательно подтвердилось, что все сложно. Намного сложнее, чем мне казалось поначалу.
Светлана
Я резко села в постели. Тело успело покрыться холодной испариной и ночная рубашка противно прилипла к спине. Начало потряхивать, и я потянулась к теплой шали, которую скинула перед сном в изножье кровати. Быстро набросив ее на трясущиеся плечи, откинулась на подушку. Закрывать глаза не хотелось и я просто приложила к ним ладонь. Подождала, пока выровняется сердцебиение.
Этот сон всегда снился мне перед неприятностями. Всегда один и тот же проклятый сон. Я тащу истекающего кровью Ассула за ноги по белоснежному снегу. Классика.
Если честно, воспоминания того периода я мечтала забыть больше всего. Но несколько дней в «сказочном» лесу впились в мозг как репей и отпускать категорически не желали.
В конце концов я не выдержала и встала, подошла к Алеше. Малыш спал беспокойно, но это и не удивительно. Такие резкие перемены, да и привык он всегда быть рядом со мной. А теперь вынужден целыми днями сидеть дома в обществе Лалы. Хорошо, хоть дочь Келли Сью, Мирри, согласилась присматривать за ним за небольшую символическую плату.
Тревога холодной лапой сдавила сердце. Опять заворочались старые сомнения – я сделала ошибку, что взяла мальчика с собой? Но оставить его в пансионе без присмотра было бы совсем безумием.
Надо как-то перетерпеть, приноровиться к новой жизни. Я не была готова отправляться в долгое и опасное путешествие в Кабрию. Не сейчас, нет. Да и денег не хватит. Что я там зарабатывала у нейны Ларо, исполняя незамысловатые обязанности компаньонки? Курам на смех. Повезло, что смогла скопить небольшой запас, который мы теперь и тратили.
Пять лет обучения. Пять лет. И местный год намного длиннее земного. Так что, когда мы с Алешей вернемся в мой мир, там многое успеет измениться.
Я спустилась на кухню. Мне нравился уютный кирпичный очаг и запах сушеных трав, смешанный с ароматом сухофруктов. Все тут было небольшого размера, но сияло чистотой. Я развела огонь и согрела себе молоко. Оно меня всегда успокаивало и помогало сосредоточиться.
Постояла у окна, глядя на снегопад. Психоделический сон навеял и невеселые размышления в стиле «а ищет ли меня мама»? Она давно вышла замуж за границу и виделись мы с ней крайне редко даже в хорошие времена. Скорее всего, она считает меня погибшей.
«Если бы не ты, Ассул, всего этого кошмара бы не было. Я бы даже не узнала, что осушила какой-то там дурацкий арбалет».
Как же он злил! Своей надменной физиономией, своей чуждой выхолаживающей силой. Даже этот его гладко выбритый скульптурный подбородок бесил.
Та ночь с ним сейчас вспоминалась, как совершенное безумие. Как я могла на это пойти?
Я крепко зажмурилась с каким-то отчаянием и отпила горячее молоко. Горло и грудь обдало приятной согревающей волной. Впрочем, что я себя обманываю. Жгучий поцелуй при последней встрече взбаламутил всю прежнюю страсть. Я, наверное, развратная. Но определенно хочу этого мужчину. И хочу именно потому, что он классический «плохой парень». Можно сказать, эталон канонического плохиша.
