– Он учит ваш язык с Лалой.
– Этого мало. Я говорю о полноценном образовании островного лорда.
Что-то шепнуло внутри, что мне их школьная программа не понравится.
Я вырвала руку, а в комнату ворвался Алешка со шкатулкой. Я открыла ее и передала Ассулу его браслет. Он надел его на руку, и украшение засветилось.
– Надень свой, – велел он мне и поднялся во весь свой внушительный рост.
Я поджала губы, раздумывая. Но Алеша посмотрел на меня удивленно.
– Мам, надевай. Мы теперь вместе.
Только ради тебя, малыш.
Нехотя я взяла из шкатулки второй браслет и застегнула его на запястье. Он тут же засветился и на нем ярко зажглись письмена. Но дело в том, что я кое-что прочла в библиотеке и о брачных обрядах островов, и о свойствах таких браслетов.
– Что значит это сияние? – все же спросила я.
– Обряд завершился, – пожал плечами Ассул. – Теперь ты полностью моя, Солар.
Я его, да? А он? Он чей? Дурак!
– В каком смысле твоя? – спросила я неприязненно и холодно улыбнулась. Мне было интересно послушать его ответ.
– Во всех смыслах, – небрежно бросил он.
– Ты... теперь имеешь на меня магическое воздействие? Я не смогу от тебя убежать? – осторожно поинтересовалась я. Книги книгами, но хотелось все же послушать и Ассула.
Он вздохнул и подошел к сыну. Положил руку ему на макушку.
– А зачем тебе от меня бежать? Но поясню – я имею на тебя права с точки зрения закона, человеческого и божественного. Если ты сбежишь, я имею право тебя вернуть. Сын отныне также переходит под мое полное покровительство. Он часть рода, сейчас он – молодой лорд Алан Ассул.
– Венир, – прервала я его. – Ты имеешь на меня магическое воздействие? Можешь приказывать мне магией? Я привязана к тебе против воли?
Солжет или скажет правду?
– Нет, – ответил он, глядя мне в глаза. – Не могу приказывать напрямую. Но... браслеты усиливают нашу связь, я могу воздействовать на твои чувства в какой-то мере.
Ну это было ожидаемо. Ограничился полуправдой.
– Но ведь и ты тоже уязвим. Все то же самое работает и в обратную сторону.
Он недовольно скривил губы, но кивнул. А вот это уже правда. И не прогуляйся я в библиотеку, верила бы его словам и боялась.
– Прошерстила книжки? В Чабире о нас слишком многое знают.
– Конечно, прошерстила. Я тебе, знаешь ли, не доверяю. Вот вообще. Вздумаешь со мной экспериментировать, получишь ответку.
– Да как можно! Леди Ассул, – он шутливо поклонился, – я никогда бы не стал манипулировать любимой женой.
Алешка вертел головой, переводя взгляд с одного придурочного родителя на другого, и явно не очень понимал в чем соль. Ну и хорошо. Пусть думает, что взрослые налаживают отношения. Нечего ему знать все эти подтексты.
Ассул сощурился и бросил на меня злой и совершенно стальной взгляд, как будто говоривший, что так просто он не сдастся.
Ого, объявляешь мне войну, леденейший и подлейший супруг? Да будет так.
Дело в том, что я растила Алешу нормальным ребенком, с развитой эмпатией, правильными (на мой взгляд) ценностями. И при мысли о том, что в наш мирок кто-то может вторгнуться и начать лепить из ребенка темного мага с соответствующим набором качеств, накатывала паника.
В мечтах я видела сына Алексеем Ивановым (об отчестве ребенка старалась не задумываться – это слишком страшно), успешным юристом или журналистом, а может быть, спортсменом, программистом. Да он мог выбрать любую профессию, построить счастливую и красивую жизнь.
А что нам светит, если мои планы провалятся? Правильно – сын станет сиятельным лордом Аланом Ассулом, который наверняка в конце концов вернется на Бронзовые острова, присягнет императору и их мутной триаде, начнет одеваться в черные дорогие шмотки, проклинать врагов (и это буквально), возглавлять армии мертвецов по приказу своего правителя... Ну и чем там еще темные властелины развлекаются?
От печальных мыслей меня отвлекла Саша. Она как раз вернулась со встречи со склепоискателями и сразу предложила прогуляться по Синей Сойке. При этом выглядела рассеянной и задумчивой.
– Ты ведь знаешь интересные места? – спросила она. – «У хомяка» мне не понравилось, там подают все пережаренное. Даже корзинки с кремом у них были подгорелые, представляешь?
Я отложила бухгалтерскую книгу и рассмеялась.
– Кто же ест «У хомяка»? Только если безнадежно странные люди.
Саша села возле меня и протянула озябшие руки к камину.
– Саломея с компанией и есть странные люди.
– Я скоро закончу и пойдем, если хочешь. Знаю одну кондитерскую. И А... Алана тоже возьмем с собой.
Я занималась у нейны Ларо самыми разными делами – была и компаньонкой, и секретарем, и бухгалтером. В мое отсутствие бухгалтерию вела приглашенная женщина, но она так умудрилась запутать счета, что я просто диву давалась. В пансионе даже сейчас было совсем немного гостей и за всем уследить представлялось мне легче легкого.
– Если честно, не совсем понимаю этот ваш треугольник, – задумчиво обратилась я к Саше, закончив делать правки.
– А? – у нее округлились глаза. – Какой треугольник?
