Теперь гордость ушла, только ненависть горела в глазах Темных Ангелов, которые вслушивались в слова Борея. Всю жизнь они внимали рассказам об изменниках, которые последовали за Воителем Хорусом и ввергли Империум в гражданскую войну. Их учили, что нет врага более ненавистного и никакой враг не заслуживает смерти в большей мере, чем предатели-космодесантники. Именно предатели призвали темных богов, и даже сейчас они порой выбираются из своих нор, чтобы нести страдания и разрушения. Темные Ангелы были подготовлены и могли воспринять то, что Борей собирался им рассказать.
— Однако есть еще более мрачная история, которую вы должны услышать.
Капеллан снова остановился и сделал еще один глубокий вдох. Это была точка невозврата. Сказанное изменит их навсегда.
— Вам ведомы имена предателей, названия ненавистных нам легионов, охота за которыми будет продолжаться до тех пор, пока хоть один изменник продолжает дышать: Дети Императора, Тысяча Сынов, Пожиратели Миров, Альфа-Легион, Несущие Слово, Железные Воины, Гвардия Смерти, Повелители Ночи, Сыны Хоруса. Вы вспоминаете эти имена с яростью. Но есть еще один легион, который не попал в тот омерзительный список. Имя его — Темные Ангелы.
Космодесантники сидели, потрясенные услышанным. Борей мог видеть замешательство, написанное на их лицах. Он хорошо понимал мысли и эмоции, которые сейчас овладели их сознанием. Внезапная пустота, сомнение, отрицание. Брат Дамас заговорил первым.
— Я не понимаю, брат-капеллан, — начал сержант-ветеран, наморщив лоб в раздумье. — Как мог наш орден оказаться в числе предателей?
— Я лоялен Императору как сам Лев! — воскликнул Завл, вскочил на ноги и ударил себя кулаком в грудь.
— Мы все лояльные воины, — согласился Гефест. — Как ты можешь обвинять нас в таких поступках?
— Ваша чистота и верность не подлежат сомнению, — сказал Борей, спустившись с кафедры и встав перед ними. — Однако семя ереси находится внутри всех нас.
— Это проверка? — спросил Тамиил, оглядываясь на других. — Это испытание, не так ли?
— Наша жизнь — постоянная проверка, брат Тамиил, — отозвался Нестор спокойно. — Я не думаю, что капеллан-дознаватель собирается нас проверять.
— Слушай! — свистящим шепотом произнес Борей, жестом приказывая Завлу сесть. Космодесантник нехотя вернулся на скамью и уставился на Борея с подозрением. — Слушай, и тогда получишь мудрость и знания. Как вы думаете, почему Темные Ангелы не участвовали в битве на Терре? Почему мы не стояли возле стен императорского дворца вместе с Имперскими Кулаками и Белыми Шрамами?
— Нас задержали силы Воителя, — ответил Гефест. — Мы прибыли, когда битва уже была выиграна. Или ты хочешь сказать, что это очередная ложь?
— Не ложь, а полуправда, — ответил Борей. — Мы действительно боролись с теми, кто поднялся против Императора. Мы воевали против наших боевых братьев, которые восстали против него. Когда Лев вернулся на Калибан, собственные космодесантники атаковали его.
— Но это бессмыслица, — запротестовал Завл. — Мы были старейшим и величайшим из легионов, почему же кто-то из нас поклонился Хорусу?
— Кто знает, что происходило в развращенных умах предателей, которые пошли против своих боевых братьев?..
Это была уже откровенная ложь, Борей прекрасно знал, почему Темные Ангелы воевали друг с другом. Он слышал об этом от Астеляна. Однако здесь и сейчас требовалось не понимание, а просто послушание.
— …Они были развращены человеком, который оказался мастером убеждения, яд которого прикрывала ложь о дружбе со Львом. Близкий Эль'Джонсону человек повернулся против него. Это был Лютер Предатель.
— Лютер был Льву как отец, — фыркнул Дамас. — Почему в наших легендах не упоминается такой тяжкий проступок?
— Потому что мы вычеркнули его, — жестко ответил Борей. — Потому что истина слишком опасна, чтобы дать ей волю. Потому что знание портит само по себе. Потому что вы, мои боевые братья, должны мыслить с чистотой и ясностью, а времена Ереси Хоруса полны сомнений и неопределенности.
— Ты лгал нам, обращался с нами как с детьми… — Тамиил опустил взгляд и сжал голову руками. — Ты сомневался в нас и все от нас скрывал.
— Нет! — отрезал Борей. — Все потому, что такое позорное наследие — не подходящая для вас ноша. Знание — опасная вещь. Оно омрачает ум, порождает распущенность и ересь. Только сильные волей, только самые крепкие в вере и чистые могут осознать, какой грех лег на нас из-за этого гнусного поступка, совершенного в момент нашей величайшей славы. Только тот, кто с мужеством противостоит тьме внутри собственной души, может стремиться к восстановлению чести нашего ордена. Я считаю, что вы готовы к этой борьбе, и я говорю вам это не с целью причинить вред, но чтобы дать вам силы исполнять свой долг с энергией и рвением.
— А почему именно сейчас, капеллан-дознаватель, ты решил раскрыть эту информацию? — спросил Нестор тихо.
Другие резко обернулись к нему, а потом перенесли внимание на Борея, кивая в знак согласия.
