Капеллан испытывал только уважение к существу, и тем не менее он пришел сюда, чтобы убить его, голыми руками отнять жизнь и забрать священные кости. Тотемы на шее были мелочью по сравнению с духовной значимостью этого величественного зверя. Он спустится с горы вместе с его трупом, а оттуда — на Освобождение, к Шпилю Воронов, где украсит его скелетом свои древние доспехи цвета эбонита. Крылья украсят прыжковый ранец, череп станет маской капеллана. Именно такая честь полагалась за проведение ритуала и убийство зверя. Дух птицы будет следовать за ним в бой, грозный союзник в войне с врагами Империума. Лишь тогда он сможет действительно вести своих братьев в сражение, хранить чистоту их сердец и помыслов, честь ордена.
Птица склонила голову и посмотрела в его направлении. Он был уверен, что его не видно за скалой, но не сомневался, что она знает о погоне. Много дней она пыталась ускользнуть от него, поднимаясь все выше и выше по склону и находя себе все более негостеприимные насесты. Тогда почему она решила сейчас устроиться на этом неровном выступе, словно даруя краткую возможность нанести удар? Может, просто устала? Неужели его выносливость и решимость оказались не по зубам зверю? Как долго он ждал этого момента, этих нескольких секунд затишья перед хаосом боя.
Воин сделал глубокий и спокойный вдох, чувствуя, как легкие наполняются ледяным воздухом. В груди неритмично бились сердца. Он чувствовал, как в венах поет кровь, и напряг мышцы, готовясь к нападению. Выступ был не более трех метров в длину, к тому же скользким и узким. Если он оступится на камнях и упадет, игра окончится — высота здесь была немыслимой. Капеллан умрет раньше, чем долетит до дна.
Птица посмотрела в небо, словно готовясь к отлету.
Он пришел в движение, зная, что не может упустить представившийся шанс. Держась одной рукой, он обогнул отрог, а затем рванул к расселине, двигаясь с проворством и гибкостью, которые казались невероятными для его размеров. Он перемахнул через край и приземлился точно на пятки. Уперся в отвесную стену скалы, руками прервав движение. Менее чем через удар сердца оттолкнулся от камня, развернулся на одной ноге и вытянул руку, чтобы ухватиться за перья птицы.
Рок заклекотал от ярости и взмахнул крыльями, затем ударил когтями и попытался улететь, но он вцепился изо всех сил, как можно крепче сжимая перья птицы и всей душой желая, чтобы они не оторвались. Его ноги заскользили по земле, когда зверь протащил его через весь выступ в опасной близости от края. Несколько камней сорвались в пропасть.
Воин не мог позволить птице улететь. Если ей удастся подняться в воздух, пока он цепляется за нее, то не сможет убить ее, не разбившись при этом на скалах. Он окажется целиком в ее власти.
Птица резко дернулась, выгнулась и едва не вырвалась. Капеллан потянул зверя на себя, его рука заболела от напряжения.
Сверху раздался злобный, разрывающий барабанные перепонки крик. Воин в смятении посмотрел в небо и заметил, как на него пикирует вторая птица. Она была едва ли не вполовину больше той, которую он сейчас держал, зверь распахнул крылья и вытянул перед собой когти, стремительно приближаясь к утесу. Птица неслась вниз, намереваясь проткнуть его.
Ему некуда было бежать и оставалось пару секунд, чтобы начать действовать. Он взглянул на меньшую птицу, и на его лице появилась кривая ухмылка уважения.
— Умно… — пробормотал он, отпустив руку и позволив року взлететь в воздух. Птица сорвалась с утеса и, расправив крылья, устремилась вдаль.
Теперь он понял, почему доселе проигрывали его братья. Существо переиграло его. Невзирая на уважение, на знание о его разуме, он недооценил зверя. Все это время птица знала, что на нее ведется охота, и играла с ним, заводя все выше и выше в горы. Она хотела вымотать его, заманивая все ближе и ближе к ловушке.
Он рассмеялся. Охотник превратился в добычу. Теперь его судьбу решит только бой.
Он ждал до последнего, и только затем отскочил в сторону, доверившись своему инстинкту и надеясь, что утес выдержит его вес. Птица вскрикнула от раздражения, когда ее когти заскрежетали по скале, где он стоял всего секунду назад. Воин ударил кулаком и угодил прямиком ей по клюву, птица отпорхнула в сторону, шипя и тряся головой, пытаясь прийти в себя.
Пронзительно каркая, рок облетел выступ, где капеллан стоял несколько минут назад. На краю обрыва балансировал камень размером с его кулак. Сможет ли он воспользоваться им, чтобы победить птицу? У него практически не было шансов заставить существо приземлиться, а если оно еще раз приблизится, то когтями разорвет его на куски. Он мог просто бросить в него камень, но если промахнется — а вероятность, что так и случится, была высокой — у него и вовсе не останется оружия. Ему не хватало прыжкового ранца, чтобы перенести битву в воздух. Если только…
