Я выдохнула. Понятно, что мой троллик незримо подсказывал мне. Тот, принц, − это не мой тролль, он злой. А мой тролль хоть злой, но и добрый. Но всё-таки, их трое, не двое. Ведь я сама бы не строчки не придумала и тем более не прочитала бы так.
− Вот и звонок! Алё. Доброй ночи, дорогие адгезийцы!
− А дальше что? – скрипел старушечий противный голос.
− Сейчас, дорогая вы наша, слушайте эфир, – отозвался сухонький, − ну принцесса Мальвина, дальше! Слушатель просит!
− Да, − поддакнул принц. Ну вот убежала ты на небо и дальше что?
− Туда лечу, туда я убегу, − забормотала я. – Сейчас, сейчас…
Мне очень захотелось закрепить свой триумф, я напряглась, стала думать: троллик миленький!, не оставляй − помоги!
− Ну, ну, убегу, − подсказывал сухонький.
− И буду я на небе словно ангел
Коптить шашлык на склоне смертных лет
Я знаю точно, чётко без запинки
Кого на завтрак загрызём в обед…
Раздалось хихиканье – точь-в-точь, как мы хихикали над Гневковской. Постепенно нарастал смех и вот уже со всех сторон гремел оглушительный хохот, начинался звук на полке и разносился по всей библиотеке. Те, кто полминуты назад, рукоплескали – стеллажи с книгами, сейчас глумились, нисколько не жалели меня.
− Раунд засчитан. В чью пользу скажу после. Ну а теперь наш неугомонный поэтический принц декламируем по заданию. Тема – жабы и прочие земноводные.
− Прекрасно, − обрадовался принц и прочитал блестяще, я уверена, что если и были слушатели, они замерли:
− Если есть посёлок в месте,
Где болото или пруд,
То помойки интересны
Жабы к ним ползут, бегут.
Сытно место – жабье место
Изобилие в красе:
Мошек, как в болоте тесном −
Стоит высохнуть росе
И червяк здесь,
И опарыш,
Слизень тоже заглянул,
И жуки, каких не знаешь −
Жаба празднует загул!
Возмущенью нет предела:
Жаба просто обнаглела -
Где такое можно видеть
По общественным местам?
Чтобы не пускали жабок,
Всё ползущих по ухабам,
Чтоб голодных оставляли,
Защищались как варан?!
В общем, пакостная жаба
И жадна груба – не рада:
Не товарищи вы наши
И идите вы к чертям!
− Достаточно. Оставим интригу нераскрытой! Раунд выигран!
− Стоп! – снова вскочила я. – Мне же не давали слова!
− Так ты стала героиней. Жаба-помоечник – это ты!
Я взбесилась:
− Так я сделаю принца героем.
− Делай!
− Тема тоже жабы?
− Тема первого раунда «жабы», − сухонький посмотрел на меня как на дуру.
− Так я могу прочитать?
− Безусловно!
Я задумалась на секунду и выдала, чувствуя, что просто повторяю за кем-то слова, что кто-то мне нашёптывает:
− Не всем дано быть милой жабой
Бывают жабы-хулиганы
Они бывают даже пьяны
И закрывают редко пасть.
До смерти жабы могут драться
И нападать, и защищаться
В бою контактном отличиться
И не гнушаются украсть.
Такие жабы всем знакомы,
Но расскажу, как я был тронут:
Устроил под ивОвой кроной
Сентиментальный хулиган
Обед отличный, ресторанный
Десерт за чаем самоварным
Паук в сиропе, торт червячный
Ещё засоленный варан.
Предпринимает всё на свете
И хочет увезти в карете -
Шикуют жабы-хулиганы
И любят роскошь напоказ.
Истратит все запасы жаба
Для миленькой – она и рада
И к другу жабы-хулигана
Слиняет в стиле "жабий брасс"
По другу наша жаба тужит
И червяки ей честно служат,
Но успокаивают мало
Предательство забыть нельзя
Как хорошо, что есть татами!
Бои! И мысли с осознаньем
Приходят к жабе-хулигану:
"В разлуке жалок я, друзья!"
И пусть она ушла к другому,
И пусть тот друг всем растрезвонил,
И жаба не простит измены,
Но всё же жабы верят в мир -
Что есть компания. И смысл
Обедов всех и вин игристых
Прекрасен в них союз надежды
Злопамятность – не наш кумир
Сходить и в тире пострелять бы
Суму с листочками отнять бы
Наш грозен жабс
Наводит думы
На чудом выживших старух
Гусары жабы-хулиганы
Гулёны, пьяны-рестораны
Так всё к ногам любви положат
И самых жирных вкусных мух
Посыл у жабы романтичный
Сентиментальность – не двуличность
Рубахи-парни наши жабы
И Шиллера любимый стих -
Романтики болот печальных
Всех передряг-событий тайных
Всяк видел жабу-хулигана
А я, увы, один из них.
Я просто осталась в восторге от себя! Я выиграла! Конечно же я выиграла! Но гробовое молчание оглушило меня. Где щупальцеплескания? Где движения на стеллажах с книгами? Где одобрение и восхищение? Лично я была в восторге от себя! Но я не тупая конечно, я понимала, что награду должна разделить с тем, кто нашёптывал…
− Раунд остаётся за принцем, как бы хорошо мы не относились к принцессам, − объявил сухонький вкрадчивым убаюкивающим голосом.
− Э! Вы чего! – возмутилась я и ударила кулаком по парте – парта тут же исчезла, а микрофон остался висеть, жутко раздражая.
− Ну послушайте, о, муза, о, принцесса! Вы же прочитали про себя, а должны были прочитать о принце? Разве нет?
− Как это про себя? Про принца?
− Ну, подождите, милейшая вы наша поэтесса… Кто бил, кто нападал, кто воровал? От кого, в конце концов, ушёл парень?
− Какой парень? В моём стихе от вора ушла девушка.
− Ну дорогая моя, все знают, что смысл не прямой, переносный… Так сказать, навеяно. Вы же тоже не сторожили помойку и не посылали никого к чертям.
− Но я… − мне стало так обидно! Моё стихотворение лучше, чем про помойку. – Но я же не жаба.
