В магазине близ кладбища я скупила все розы, что были в
магазине, и сложила на могилу к Артему.
Долго я стояла около могилы, смотрела на крест, на котором была фотография моего любимого, на соседние могилы, в которых покоились родители Артема, и плакала.
Слёзы текли, в душе образовалась пустота. Ну, почему, почему мне так не повезло? Почему мама привела Диму?
Ведь, если бы не он, ничего бы не было.
Вдруг сзади раздались лёгкие шаги, я обернулась, и увидела маленькую старушку, она подошла ко мне, и открыла калитку, где лежал Артем.
- Ты кто ж будешь-то? – спросила она, посмотрев на меня, -
стоишь, плачешь.
Я посмотрела в её выцветшие, но ещё сохранившие оттенок зелени глаза, и поняла, кто передо мной.
- Вы бабушка Артема? – тихо спросила я.
- Да, Маргарита Александровна, - вздохнула старушка, - а ты-то кто?
- Его бывшая возлюбленная, - прошептала я, - вы, наверное,
меня ненавидите, - я с тоской посмотрела на старушку.
- За что же мне тебя ненавидеть? – грустно спросила Маргарита Александровна.
- Ну, Артем ведь погиб из-за меня.
- Не из-за тебя, а из-за того парня.
- Из-за какого парня? – нахмурилась я.
- В день его смерти приходил к нему один. Уж не знаю, что
он ему наговорил, но Артем после его ухода плакал, как мальчишка. Говорил, что жить не хочет.
- Это был мой бывший муж, - вздохнула я, и села на скамейку возле могилы, и стала рассказывать.
Маргарита Александровна слушала меня с живым интересом, а, когда я замолчала, тяжко вздохнула.
- Всё в руках Божьих, - она посмотрела на могилу, - кто ж знал,
что он таким подлым окажется. Внука моего до самоубийства довёл, а что насчёт Ани, то она бы всё равно взялась за убийства. Она сумасшедшая была, как её бабка, а та вообще головой о стенку билась, буйной была. А эта, она всех животных в округе поубивала, животы им вспарывала, и наблюдала за их агонией. Страшный был человек, пусть земля ей будет пухом, хотя так и нельзя говорить, но желать Ане царствия небесного я не могу. Думаешь, почему Артем её сторонился? Он просто боялся её. А ты не переживай, ещё молодая, встретишь ещё кого-нибудь, полюбишь...
- После Артема я вряд ли кого-нибудь полюблю, - всхлипнула я.
- Ну, не плачь, детка, - старушка погладила меня по голове, как ребёнка, - вижу, любила ты его, искренне любила, но сейчас ничего не поделаешь. Жить надо дальше, мёртвые должны лежать в земле, а живые жить дальше, и смотреть в мир широко распахнутыми глазами. Найди себе достойного человека, хотя бы ради Артема, чтоб смотрел сквозь маленькую щёлочку в небесах и радовался, что его любимая счастлива.
- Какая вы мудрая! – воскликнула я, с уважением посмотрев на пожилую женщину.
- Да, но скоро одним мудрым человеком на земле станет
меньше. Чувствую, подбирается мой конец, увижу Тёмку своего, обниму.
- Не говорите так! – заплакала я, - вы такая хорошая. Как жаль, что я не родила вам правнуков.
- Нечего сожалеть об упущенном, уже ничего не исправишь. Ты хорошая, добрая. Я только об одном переживаю, кто же будет за могилами ухаживать, когда я умру.
- Вы ещё долго проживёте, - воскликнула я.
- Нет, недолго мне осталось, чувствую. Сердце уже слабое,
врач сказал, долго не протяну.
Какое-то время мы сидели в полном молчании, потом Маргарита Александровна встала, и стала подбирать рассыпавшиеся розы.
- Это ты, что ль, принесла? – спросила она, - да их же в момент украдут. А потом продадут у ворот, я всегда у цветов стебель обламываю, чтоб не взял кто.
Она стала обламывать розы почти под самый цветок, я
присоединилась к ней, и вместе мы их уложили на всех трёх
могилах.
- Понимаю, ты сейчас, наверное, и жить не хочешь, - тяжко вздыхала старушка, - но пойми одну простую вещь, в этом странном мире всё свершается не просто так, на всё есть причины. Раз не суждено тебе быть с Артемом, значит, не суждено. Живи дальше, и не переживай. У меня только одна к тебе просьба.
- Какая? – посмотрела я на неё.
- Кот у меня есть, да что там, кот, котёнок. Год вот-вот будет, молоденький совсем, а пушистый. Забери Кляксича, он же пропадёт. Возьмёшь? – она с надеждой в глазах посмотрела на меня.
- Возьму, конечно, - кивнула я, - я очень люблю животных.
- Спасибо тебе, ты добрая, - Маргарита Александровна посмотрела на надгробие, и вышла за ограду.
Вместе мы побрели по засыпанной жёлтыми листьями
дорожке, и молчали, но я чувствовала, что наш безмолвный разговор продолжается. На прощанье она взяла мой телефон, и пообещала, что мне позвонят.
