Успели-таки турецкие пилоты той самой оставленной всеми эскадрильи сделать свое черное дало! Действовали «спаги» слаженно, не теряя времени разбившись по двойкам, и буквально за пару минут обнаружив и расстреляв из своих автоматических пушек трансляторы полей космической крепости. Широкие, охватывающие собой пространство в радиусе нескольких десятков километров защитные экраны погасли, похоже, навсегда. На «Еникале» не было дежурных технических бригад и достаточного количества операторов, чтобы попытаться тут же их восстановить. А это означало, что наша эскадра лишалась своего основного козыря и щита в этом сражении…
Сразу после обнуления полей «Еникале» русские дредноуты, развернутые в «линию» по обе стороны от крепости стали получать по себе десятки прилетов со стороны противника. Полтора десятка наших дредноутов не могли в таком положении долго сдерживать натиск сразу полусотни боевых вымпелов адмирала-паши Бозкурта. Который, увидев, что крепость, хоть до сих пор и отстреливалась несколькими стационарными орудиями, тем не менее, перестала выполнять свою основную функцию, сразу же перешел в атаку.
Четыре османские дивизии, в их числе и возвратившаяся в сектор сражения 9-ая «линейная» адмирала Мехмета Атеша, вновь перегруппировались и пошли на сближение с нашими порядками. Отливающие золотом огромные гвардейские галеры султана Селима, в это время неторопливо следовали во второй «линии» наступления, готовые в случае чего вступить в бой…
Я понимал, что от скорости и слаженности наших действий будет зависеть, выживем мы в этой мясорубке или навсегда останемся здесь в «Тарсе» в виде космической пыли…
— Всем эскадрильям истребителей необходимо незамедлительно вернуться на свои корабли, — я снова связался с «Ретвизаном», подгоняя Дамира Хиляева. — Первая эвакуационная группа дивизии Белова двадцать с лишним минут назад ушла в подпространство… Немедленно готовьте следующую, господин вице-адмирал…
— Думаете, успеем, Александр Иванович? — засомневался Хиляев, почесав подбородок и еще раз окидывая взглядом картину боя на тактической карте. — Но в любом случае вы правы, уходить надо…
— Крепость и ее немногочисленный гарнизон ненадолго задержат продвижение противника к переходу, — продолжал я. — Сколько у вас в наличии осталось кораблей?
— На своем ходу — десять единиц, — ответил Дамир Ринатович, — еще два вымпела самостоятельно лететь уже не могут, необходимо тянуть их магнитными тросами за собой…
— Переводите их экипажи на действующие корабли, затем, минируйте и оставляйте в тех координатах, где они сейчас находятся, — посоветовал я, по началу не особо желая вмешиваться в действия командующего, и зная, что Хиляев сам через пару-тройку минут разберется, что ему делать. Но время было дорого, поэтому сейчас не до политеса и от этого я давил на Дамира Ринатовича, подгоняя его в принятии решений.
— Сейчас разберемся… Так, ну а как с вашими тремя кораблями быть, — напомнил мне вице-адмирал Хиляев, продолжая параллельно отдавать приказы своим офицерам на мостике. — включая реквизированный вами у меня «Евстафий»…
— Не будем сейчас ругаться по этому незначительному поводу, лучше сосредоточимся на том, как нам отсюда выбраться, — отмахнулся я. — Итак у нас тринадцать действующих кораблей, которые надо как-то уместить в две эвакуационные группы, так как третий прыжок противник нам совершить точно не даст…
…Между тем, получая прямые попадания и теряя последние проценты защитных полей оставшиеся к этому моменту на ходу русские боевые корабли медленно пятились к точке пространства перед кольцом перехода. Мы прижимались друг к другу корпусами больше инстинктивно, чем по приказу, тем самым, кстати, существенно повысив свои защитные характеристики в том нескончаемом ливне огня, который летел в нашу сторону из сотен османских орудий…
Следя за накалом боя, я с удовлетворением увидел, что эскадрильи наших МиГов, в их числе «Соколы Белло» и казаки Наливайко, зачистив сектор от остатков «спаги» и прогнав из него легкие «шахины», возвращаются назад на свои основные корабли. А еще через какое-то время портал перехода снова вспыхнул ярким белым цветом, в котором исчезла еще одна эвакуационная группа наших вымпелов из дивизии Хиляева.
— Теперь главная задача — продержаться сорок пять минут до следующей активации, — процедил я сквозь зубы, понимая, что даже если мы дотянем до этого счастливого момента, все равно кому-то из нас придется здесь остаться навсегда.
Адмирал-паша Бозкурт наблюдая, как группа за группой корабли русских скрываются в кольце портала, решил усилить нажим. Крейсера и галеры османов все ближе и ближе подходили к нам, не снижая интенсивности ударов своей палубной артиллерии. Наши же дредноуты медленно пятились, развернутые носами к врагу и частично прикрытые от огня противника массивной космической крепостью.
