Государь-император мёртв. Раздираемая на части Российская Империя, в пограничных звездных системах которой до сих пор крейсируют вражеские эскадры АСР, постепенно погружается в хаос братоубийственной войны. Претендентов, желающих захватить трон и основать новую династию, слишком много и все они готовы идти до конца. В учебниках истории этот период назван Гражданской Войной 2215–2216 годов. Те же, кто пережил эту трагедию, назвали ее более понятным для русского человека словом Смута…
— Шесть единиц, господин контр-адмирал, — в голосе Аристарха Петровича прозвучала едва заметная тревога. — Большего выжать невозможно. Буксируемый объект слишком массивен.
На тактическом дисплее пять зелёных точек — «Афина», «2525», «Ариадна», захваченный «Ростислав» и судно технического обеспечения «Кондопога» — медленно удалялись от пылающего хаоса промышленного комплекса Коломны-4. Слишком медленно.
— Мне тоже не нравится эта скорость, — я провёл рукой по гладкой поверхности тактического дисплея, словно пытаясь физически ускорить движение кораблей. — Ещё полчаса назад мы создали настоящую магнитную бурю, взорвав контейнеры с магнетитовой рудой, чтобы ослепить корабли Маркарова. Но эффект от неё скоро исчезнет, либо, что еще более вероятней, эти ребята просто выберутся из промышленного комплекса на открытое пространство.
Жила кивнул, подходя ближе.
— Это тот самый момент, когда я снова задаюсь вопросом — стоило ли отягощать эскадру захваченным линкором, — кавторанг мотнул головой в сторону огромной туши «Ростислава», едва видимой на обзорных экранах. — Мы ползём, как раненая черепаха.
— Мы уже обсуждали это, Аристарх Петрович, — я сдержал разочарованный вздох. — «Ростислав» — для нас слишком ценное приобретение. Линкор такого класса может прилично усилить нашу миниатюрную эскадру.
— Если мы доставим его в безопасное место и отремонтируем, — заметил Жила, нервно поглаживая седую бороду. — А сейчас, Александр Иванович, он больше напоминает чемодан без ручки.
Мостик «Афины» слегка вибрировал — двигатели работали на пределе, пытаясь тянуть неповоротливую махину захваченного линкора. Мягкие шаги за спиной заставили меня обернуться. Таисия Константиновна вслед за мной и Жилой подошла к иллюминаторной панораме, на минуту оставив операторов без присмотра.
— Я согласна с Аристархом Петровичем, Саша, — в её голосе скользила та же тревога, что и у Жилы, хотя княжна пыталась это скрыть. — Время работает против нас.
— Знаю, — кивнул я в ответ. — Но у меня есть план.
— Как всегда, — улыбнулась Тася.
— Какой на этот раз? — Жила повернулся ко мне, его густые седые брови поднялись.
Говорящие в пол голоса дежурные операторы меня почти не отвлекали — привычный фон для любого командира. Я оглядел мостик, где каждый офицер был сосредоточен на своей задаче. Эти люди доверяли мне, полагались на мои решения, которые, признаться, порой казались безумными даже мне самому.
— Все очень просто и банально. Мы в который раз изменим электронные поля наших кораблей, — произнёс я, пожимая плечами. — И снова превратимся в гражданские суда. Только уже другие…
— Думаешь, Макраров и его капитаны, наученные горьким опытом, нас в этот раз не раскусят? — Таисия качнула головой, пряди её волос, выбившиеся из-под строгой причёски, блеснули в свете ламп. — Ты же понимаешь, что это сработало в промышленной зоне только благодаря высокой плотности судов и конструкций. Здесь же на открытом пространстве нас обнаружат мгновенно.
— В сутолоке, что сейчас происходит на орбите и сотнях разлетающихся в разные стороны гражданских посудин, мы сможем затеряться, — указал я на тактический дисплей, где помимо наших кораблей отображались десятки мелких сигнатур. — Паника в промышленном комплексе достигла пика. Сотни судов разлетаются во все стороны, опасаясь оказаться в эпицентре боевых действий.
Таисия недоверчиво покачала головой:
— Это может сработать на минут двадцать, не более. Затем нас всё равно обнаружат.
— Не паникуй раньше времени, — твёрдо ответил я. — Более того, мы разделим эскадру на две части.
— Разделим? — кавторанг Жила теперь смотрел с явным беспокойством.
— Именно, — я жестом подозвал их обоих ближе к тактической карте. — Противник будет искать пять кораблей, идущих вместе. А мы направим «Ариадну» и «Кондопогу» параллельным курсом. Они всё равно практически не помогают в буксировке.
Холодное голубоватое свечение голограммы окрасило наши лица, придавая им нездоровый оттенок. Повисло тяжёлое молчание, нарушаемое лишь приглушёнными сигналами и голосами дежурных. Таисия и Аристарх Петрович переглянулись между собой и удовлетворенно кивнули, видимо, соглашаясь, что это может сработать. Я же на время оставил их обсуждать ситуацию и подошел к ближайшему оператору, собираясь отдать на это команду.
— Связь с «Ростиславом», — распорядился я. — Хочу поговорить с полковником Дороховым.
