Свидетельствую вашему превосходительству всегдашнее и
истинное мое почтение и преданность, уведомить честь имею —
я с эскадрою, мне вверенной, нахожусь при острове Корфу,
блокируя крепости оного острова, французами занимаемые,
соединенными эскадрами, стараемся обще с командующим турецкою
эскадрою Кадыр-беем принудить их к сдаче, но по числу
находящихся в них французов при чрезвычайно сильном укреплении
до 3000 человек войск, к высаживанию десанта на эскадрах
наших весьма недостаточное, ежели бы с начала прихода нашего
к Корфу, хотя один полк был бы со мною российских войск,
много успел бы я уже сделать со оным, даже надеялся бы по
сие время принудить к сдаче крепости, а по недостатку наших
войск во ожидании помощи, требованной от пашей с румелий-
ских берегов, теряем только время напрасно и предвидя много
неудобства, а особо, что для жителей острова Корфу, таковые
войска весьма противны и они начинают уже колебаться сумне-
нием, да и французы, пользуясь таковыми обстоятельствами,
обманывают, убеждают и колеблют их в добром противу нас
расположении, каковы выдают из крепостей и рассылают по
всему острову к жителям печатные листы и публикации; из
многих других последнего содержания один лист при сем к вам
препровождаю и сверх того множество рассылают бумаг и писем.
А всем тем я всевозможно стараюсь островских жителей удер-
жать к нам в благоприятстве, объявляя, что необходимая
надобность понудила нас взять несколько войск от пашей для
скорейшего взятия крепостей и чтобы жителям доставить вольность
и полную свободу, на тех же правилах, как и прочие острова
учреждены, и что войска, присылаемые с румелийского берега,
все находятся и находиться будут под моим начальством и
в моих распоряжениях, и я всевозможно стараться буду, чтобы
они никакого озлобления и притеснения жителям не чинили,
впрочем сносили бы какие-либо малости терпеливо, терпеливость
и доброе их к нам расположение награждены будут на будущее
время их благосклонностей. Кажется, по видимости большею
частию жители моим к ним благоприятстзом и уверительностями
довольны, но за всем тем во множестве отделяются уже от нас
и в действия против неприятеля с нами не входят под видом,
что находясь в своих домах, сберегают свое имение, дабы
албанцы их не разграбили, а особо никак не могут они видеть,
сносить и терпеть албанцев Али-паши, чрез которых
ежеминутно ожидаю я великого разврата и беспокойствия, но за
неприсылкою еще войск от других пашей крайняя необходимость
заставляет и их принимать, хотя то с великою осторожностию
и опасностями, а при том, чтобы избежать сетования сего
беспокойного паши и при колеблемом его состоянии, чтобы удержать
его несколько в границах благопристойности, я полагаю, естьли
бы он нас и сил наших не опасался, давно что-нибудь
предпринял бы он неприятное, но при бытности нашей здесь по
тонкости его хитростей видимостию только одною старался
быть со мною в дружбе, хотя то чистосердечно я обхожусь
с ним с таковым же желанием оказывать ему угодности, сколько
возможно, и предосторожностями удерживать его от предпри-
имчивоетей, мною замечаемых. Он, узнав, что замыслы его
разгласились и сделались сведомы, старается себя переменить и
оказать себя усердным, ревностным и послушным во всем том,
чего мы пожелаем, на письмах и на словах он весьма учтив
и приятель на все, что говорит и пишет, почти вовсе ничего
не исполняет, всякое дело нужное длит в продолжение
беспрерывное, только обсылкою и переговорами, осторожность моя,
чтобы не произошло чего-либо весьма неблагоприятного,
понудила меня обо всех обстоятельствах всеподданнейше донесть его
императорскому величеству и подробнее еще описать к
полномочному министру в Константинополь, объяснясь, что таковые
уведомления делаю я по одним только видимостям по слуху
и известиям ото всех мест и по собственному моему из разных
обстоятельств замечанию, но в доказательство ни в какое не
вхожу, а уповательно уведомляю для одних только
предосторожностей, дабы и когда не могло случиться чего-либо, хотя не
соответственного, но частию подобного, что случилось в Польше
в Варшаве, таковые обстоятельства, каковы я замечаю надобно-
стию почел я объяснить подробно, но может быть и все то точно
такова как видится, но большею частию почитаю я
справедливыми, ибо и собственная переписка с французами, доставшаяся
мне из взятой нами крепости острова Св. Мавры, во многом
его обличает. Я, уведомя ваше превосходительство, прошу
-покорнейше, естьли что-либо в мнении моем окажется и ошибочно,
пред всемилостивейшим государем нашим императором
объяснитесь и от всего того усердия только моя и ревность в
предуведомлении в предосторожностях так ли они будут или и есть
долгом почел ни об чем таковом не умолчать. Впрочем с
надеждою и благоприятством ваше и дружбу имею честь быть.
Отправленные из Дарданеллей из эскадры, мне вверенной,
сентября 12 дня фрегаты «Михаил» и «Казанская Богородица»,
вместе с турецкими двумя фрегатами, для препровождения
турецких десяти канонирских лодок в Александрию к английскому
отряду, сего декабря 9 дня прибыли обратно к эскадре, при
