поспешно отступил в крепость, и потерял немало убитыми и
35 пленными. От сего времени положение анконского гарнизона
становилось хуже и хуже; засим, чтобы дать Лагоцу
возможность наступательно действовать, отправлен к нему на помощь
лейтенант Ратманов с российско-турецкими войсками, состоя-
«Казанская богородица» о 50 пушках (примечание в документе).
щими около 200 человек; он соединился с Лагоцом около 8 верст
от Анконы; стали действовать наступательно, а вскоре и с той
стороны вогнали неприятеля в крепость; по взятии же Монтань-
ола капитан 2 ранга Мессер, который от Фано принял команду
всего десанта, успел сделать батарею и укрепился редутами;
впоследствии еще им устроены три батареи со стороны Монто-Гар-
дето, также выстроили большой редут на самой высоте, а
пониже его, вперед к крепости, три батареи; на сию часть
впоследствии по выгодному для неприятеля местоположению
неоднократные были им деланы сильные вылазки, но всегда с уроном
прогоняемы были в крепость. По требованию лейтенанта Рат-
манова еще к нему прибавлено несколько наших и турецких
войск, и так Анкона была стеснена со всех сторон и всякое
сообщение с нею прервано, все шпионы от генерала Монье и с
письмами доставлялись в наши руки, между сими он писал к
генералу Гарниеру и упрашивал, чтобы тот, оставя Рим и Чивита-
векки, поспешил бы к Анконе, как важнейшему городу во всей
Папской области, и чтобы общими силами принудить неприятеля
снять осаду. Между тем жители всех прилежащих мест, имеющие
главные города Фано, Сенигаллия, Пезаро, Фоссомброн, Езии,
Азимо1 и прочих, коих восстание ожидало лишь только нашего
пришествия, при появлении нашей эскадры вооружались и
униженно просили протекции; по просьбе их учредил я в 84-х
городах на время магистраты и правления во имя его
императорского величества государя императора Павла I и высоких его
союзников, и приказал поднять флаги российский, австрийский и
турецкий, а в Фано и Сенигаллии учреждены военные
коменданты, которым и предписано сформировать урбанские2
гвардии и обеспечить тишину народную и спокойствие в сии
опасные времена безначальства, существовавшего в Италии. А по
взятии Монтаньола присоединился к нам господин
подполковник Деггер с нескольким числом конницы 3 емигрантов из
дивизии Бусси, которая нам весьма мало делала выгодности во все
свое пребывание. Я уверился от дезертиров, а также и жителей
города, что как гарнизон, так и обыватели претерпевают голод.
По прошествии же 44 дней осады предложено генералу Монье
о сдаче города союзным войскам, но ответ был такой, какой
должно ожидать от храброго воина, но безымянные письма из
Анконы уведомляли, что генерал и гарнизон от честной
капитуляции не прочь, но они боятся турецких и инсорженских войск
и желают сдать[ся] одним россиянам, но это было отвергнуто и
объявлено союзным начальникам, что без согласия их никакая
капитуляция сделана не будет: после чего союзники и более
усердствовали и всякую доверенность к нам имели.
Прошло 69 дней осады Анконы, уже, наверное,
приближавшейся к сдаче, как получено известие о прибытии в Сенигаллью
генерал-майора Скала, предшествовавшему многочисленному
корпусу войск австрийских. Магистрат сенигальский нашел в нем
своего защитника, и хоть дано было генералу знать, чтобы он
воздержался защищать магистрат, который, делая ослушания,
останавливает союзников во многом, в то же время генерал Скал
выслушивал наговоры, которые рассыпала злоба для
водворения между нами несогласия, и явно хвалился, что мы скоро
не будем иметь никакого влияния над местом, коего
освобождение приобретено кровью верноподданных нашего августейшего
монарха и величайшею издержкою казны; противу нас
восставало некоторое народное негодование и возрождался чрез
посредство клеветы некоторый род непослушания, все »»*ои
предписания были пренебрежены, многие магистраты бежали в
объятия рук сильнейших, чтобы не быть угнетенными; дано было
повеление, чтобы ничем нас не довольствовать без подписи
начальства австрийского, и отказали в пресной воде на эскадру.
Российский комендант в Сенигалльи получил строгий угроз от.
генерала Скала; и велел [он, генерал Скал,] арестовать графа
Берлиарда, командующего во имя его величества императора
всероссийского урбанскою гвардиею в Сенигалльи.
В продолжение сего времени прибыл генерал-лейтенант
маршал Фрелих и Антон де Кавалар, именовавший себя
императорским комиссаром политическим и гражданским для сей
провинции.
Не будучи еще известен о прибытии его превосходительства,
получил от него письмо, которым приказывал отрешить наших
комендантов от мест и подать ему ведомости о всех союзных
войсках, сколько на продовольствие ежедневного провианта и
восстановить дисциплину в наших войсках; мне предписывалось
сие в самую отчаянную неприятельскую вылазку на сторону
Монто-Гардето против Лагоца и Ратманова, и первый при сем
смертельно ранен, я посылал к ним сикурс, но лейтенантом Рат-
мановым сделанная с батарей вылазка обратила неприятеля
в бегство; это было последнее усилие неприятеля против наших
войск; на требование генерала Фрелиха ответствовано
сокращенно о правах российских войск на сию провинцию и что нет
