Разумовскому, а в Константинополь — Томаре, и в[ашему] о[иятельству]
за известие таковые же представить честь имею. А после сего
чрез мальтийских кавалеров получил я ноту от господина Бради,
в которой противные поступки Рагузы описаны, но естли
сообразить вышеозначенное письмо о переписке с австрийским
консулом, ясно усмотреть можете, что и тут таковые же
производятся ею г замыслы неприличные.
Ваше превосходительство, милостивы? государь!
По связи совершенной дружбы всемилостивейших государей
наших императоров не ожидал я интриг и замыслов,
употребляемых вами и генеральным консулом австрийским Криссоплеври,
в Занте находящимся, противу прежде бывших венецианских
островов, победоносным оружием союзных держав от
французов освобожденных. И сверх чаяния таковой поступок
перепискою вашею с означенным генеральным консулом открывается
явным и противен есть искренности и совершенной дружбе
существующей. Также интриги, происки и неблагоприятные поступки
в рассуждении митрополита и черногорского народа становятся
по тому ж [поступку] явственны. По высочайшему именному
повелению всемилостивейшего государя моего императора в
минувшем марте месяце отправлен был от меня из ескадры флота
капитан-лейтенант Клапакис в Черную Гору к преосвященному
митрополиту Негошу; вместо оказания ему благоприятства и
пособия со стороны вашей под видом удерживания карантина
всякие препятствия и затруднительности нанесены были бесподобно.
А когда и допущен он был с письмами и до разговора с
митрополитом, и тогда употреблен строгий и неприличный за ним
присмотр, как бы по подозрению, да и с самим митрополитом и
народом черногорским поступки ваши не соответственны
искренности дружбы, хотя они и укрыты завесою политики, вами
употребляемой; собственное письмо ваше поступки открывает
достаточно. Долгом почел я откровенно объясниться вашему
превосходительству и просить таковые напрасные затеи и замыслы оста-
вить и поступать с местами и народами, под протекциею и
покровительством всемилостивейшего государя моего императора
состоящими, с искренним благоприятством; я уверяю вас, что
в замыслах ваших без особой взаимной высочайшей воли ни
в чем и малейше успеть не можете.
Австрийский господин генерал Бради, в Бокке-ди-Каттаро
близ Черной горы находящийся, имеет переписку с австрийским
генеральным консулом Криссоплеври, в острове Занте
состоящим; в ней заметны развратность и помешательство в наших
учреждениях островов, прежде бывших венецианских,
соединенными ескадрами от французов освобожденных; стараются они
делать происки и отклонять их на сторону австрийской нации,
хотя незаметно, что могли бы они в том успеть, но за всем тем
делают колеблемость между народами и помешательство в
покое и установлениях наших; таковые скрытые происки противны
дружбе, существующей между высочайшими дворами. Одно
письмо господина генерала Бради, писанное от него июня 3-го
дня сего года в остров Занте к австрийскому генеральному
консулу Криссоплеври, нечаянным случаем по некоторым
обстоятельствам попалось ко мне, которое ясно его в том обличает;
таковые ж заметны хитрые происки и противу народа
черногорского. По случаю отправления отсель архимандрита Вукотича
в Черную Гору к митрополиту Негошу, из Санкт-Петербурга
возвращающегося, писал я от себя к его превосходительству
господину генералу Бради, объяснил подробно обо всем оном
таковые замыслы и напрасные происки отставить и впредь по-
добностей не производить. С письма моего к нему, сего числа
посланного, точную копию вашему сиятельству при сем
препровождаю2 надеюсь, что ваше сиятельство употребит старание
ваше исходатайствовать господину генералу Бради и
австрийскому генеральному консулу Криссоплеври строгое запрещение,
в прочем предаю вашему благорассмотрению, почтете ли
необходимой надобностию об оном донести всемилостивейшему государю
нашему императору или на сей случай почесться может письмо
мое к господину Бради достаточно, как будет вам благоугодно... 1
...Оная коллегия по сему г[осподи]на адмирала и кавалера
Федора Федоровича Ушакова рапорту и по подписанной при
том справке приказали: 1. Из учиненной выправки значит, что
по отношению господина] вице-президента коллегии и кавалера
графа Григория Григорьевича Кушелева для исправления
письменных дел по ескадре Господина] вице-адмирала Ушакова
определить к нему знающего секретаря и двух хороших
канцеляристов, от конторы главного командира Черноморских флотов
уже велено отправить вместе с прочими туда в посылку
назначенными чинами и служителями; 2. Что касается до
требуемых им историографа, рисовального мастера и кригс-комиссара
с надлежащими чинами, то как по штату оных в Черноморских
флотах не положено, да и способного в звание историографа
можно ли найти там, коллегии не известно, а потому ему
предписать должность историографа препоручить по избранию его
флотскому офицеру, какой найдется к тому способным, вместо
же рисовального мастера определить штурмана, умеющего
рисовать; а за кригс-комиссара велеть конторе главного командира
Черноморских флотов избрать из сверхштатных у него
