Курская битва, судя по цифрам, была крупнейшей битвой в мировой истории. Тысячи танков были сосредоточены с обеих сторон, тысячи самолетов ждали в боевой готовности на аэродромах. 500.000 железнодорожных вагонов, груженных военными материалами, прибыли за три месяца из глубины России на Курскую дугу. Немецкое наступление не удалось, потому что верховное командование из-за недостатка разведывательных данных не рассчитало силу сопротивления Красной Армии. Немецкие «тигры» и «пантеры» горели, и после недели ожесточенных боев битва была проиграна.
Занятие Сталинграда имело целью ликвидировать важный центр советской военной промышленности и, перерезав главную русскую водную артерию, Волгу, пресечь поставку американских военных материалов из Ирана. В августе 1942 г. ударные части 6-й армии Паулюса вышли на берег Волги под Сталинградом. Когда эта армия была окружена после разгрома стоявших на флангах итальянских и румынских корпусов, Гитлер повторил свою похвальбу двухлетней давности:
«Там, где стоит немецкий солдат, никакого другого не будет!»
Немецкая армия погибла, и 100.000 немецких солдат умерли в советском плену от голода и болезней, как и миллионы советских военнопленных в Германии.
В первые месяцы войны многие жители оккупированных областей, в первую очередь украинцы, в надежде на лучшие времена переходили на сторону немцев. Как на Украине, так и в Белоруссии и республиках Прибалтики население вполне дружелюбно встречало немецких солдат. Почти в каждой украинской деревне женщины стояли на улице с хлебом, солью и молоком. Сотни тысяч их мужей требовали оружия, чтобы тоже сражаться против Сталина. Советский генерал Власов попал в немецкий плен. После недолгого раздумья он изъявил готовность возглавить дивизии русских добровольцев. Все провалилось из-за мыслившего расовыми категориями Гитлера, его министра оккупированных восточных территорий Розенберга и «золотых фазанов», как называли солдаты расфуфыренных партийных функционеров.
Советское партизанское движение, участники которого убивали немецких солдат, взрывали железные дороги и штабы, обязано своим возникновением учению о «недочеловеках». Немецкие солдаты мало верили в это учение и никогда не выполняли т.н. приказ о комиссарах – приказ расстреливать на месте комиссаров, большую часть которых составляли евреи.
Если подъем в середине 30-х годов произошел в значительной степени благодаря сокращению бюрократии, то теперь немецкие солдаты оплачивали своими жизнями разросшийся за войну сверх всякой меры бюрократический аппарат, который принудительно угонял рабочих из других стран в Германию, тогда как при человеческом обращении мог бы получить сотни тысяч добровольных рабочих. Редки были такие исключения, как Иоахим Неринг, начальник округа в Галиции, которого на процессе в Мюнхене в 1950 г. председатель суда Мозих спросил:
«Если Вы действительно по-человечески обращались с украинцами, не так, как это было характерно для национал-социалистического режима, то делали ли Вы это только из человеческих побуждений или руководствовались мыслью, что хорошее обращение с населением более целесообразно для достижения национал-социалистических целей?»
Убежденный национал-социалист, который отстаивал чистоту идеи и поэтому защищал евреев от зондеркоманд, ответил:
«Разумеется, на этой войне, когда решался вопрос, быть или не быть моей родине, мною прежде всего владела мысль всеми средствами способствовать победе рейха. То, что я старался совместить эту цель с заповедями человечности, свидетели могут подтвердить».[91]
1943 год принес с собой после уничтожения 6-й армии в Сталинграде окончательный разгром немецких войск в Северной Африке, а вскоре после этого удачную высадку западных союзников в Италии и переход на их сторону этой страны, которая давно уже вела в Танжере переговоры с высадившимися в Марокко американцами. А Красная армия тем временем наступала на Запад, освободила Кубань, Донбасс и остальную Украину, включая Киев.
В начале 1944 г. из Ленинграда, который никогда не был полностью окружен, пошел в наступление миллион советских солдат. Этому предшествовала артподготовка, какой не видали и солдаты первой мировой войны под Верденом. За 80 минут снаряды сравняли с землей окопы и бункеры первой линии. Остатки немецких дивизий продолжали обороняться на границе Эстонии. Группа армий «Центр» отступила к северному краю Припятских болот, а на юге русские войска вскоре достигли границ Румынии и Чехословакии.
