Другие покушения на Адольфа Гитлера, весьма многочисленные, держались в строгом секрете. После 1945 года, по первым осторожным подсчетам, было выявлено около дюжины покушений. Позже их число увеличилось до сорока. Постепенное раскрытие архивов, передача документов, конфискованных союзными войсками, опубликование многочисленных мемуаров привело к тому, что на данный момент известно (не учитывая значительное количество заговоров, не продвинувшихся дальше стадии планирования) о существовании сотен заговоров. Уровень осведомленности общественности не повысился даже после опубликования потрясающих результатов исследования Петера Гоффманна 2! Покушения были непопулярным аспектом исследования фашистской истории. Изучение истории заговоров, планировавшихся в Германии против Гитлера, долгое время считалось «немецким фиговым листом», предосудительной попыткой снять с немцев моральную ответственность за приход к власти фюрера и образование Третьего рейха. Если же судьба людей, которые, несмотря на страшнейший террор, отваживались вступить в борьбу с Гитлером и национал-социализмом, и исследовалась, то в первую очередь с целью выяснить мотивы, а не количество совершенных покушений 3.
Первое покушение на жизнь Гитлера произошло еще в год начала его политической карьеры. Причиной стала пылкая речь, которую Гитлер произнес как лидер НСДАП в ноябре 1921 года, говоря о покушении на депутата из социал-демократической партии. Все подозревали, что это дело рук НСДАП, и когда Гитлер провокативно сделал вид, что ничего не знает, и высокомерно спросил: «Кто же убийцы?», в дискуссию при помощи массивных пивных кружек и дубинок вступила аудитория, преимущественно недоброжелательно относившаяся к НСДАП. Многочисленные политические противники использовали эту возможность и открыли прицельный огонь по великому демагогу, которого опасались за его искусство оратора. Гитлер остался невредим, его охрана сразу же бросилась за преступниками. Но они скрылись в толпе.
Политические нападения и покушения вскоре после создания Веймарской республики не были редкостью. Кроме официальных партий, существовали многочисленные крайне агрессивно настроенные нелегальные военизированные отряды и гражданская оборона. В Берлине, Гамбурге и Мюнхене прошли восстания, были попытки совершения путчей. Подпольные организации мешали работе Союзного контрольного совета. Только в период с 1919 по 1922 год было совершено 370 политических убийств. Через четыре месяца после провозглашения республики был убит премьер-министр Баварии Курт Эйснер. Жертвами насилия стали коммунисты Роза Люксембург и Карл Либкнехт, католический политик Матиас Эрцбергер и немецкий министр иностранных дел Вальтер Ратенау. Из-за слабости государства некоторые политические группировки стали прибегать к самообороне. Так, у Социал-демократического союза были дежурные отряды. У Республиканского федерального союза был военный отряд, а Союз еврейских фронтовых солдат организовал охрану собраний. В роли лидера агрессивной провокативной партии, которая горела желанием бороться с «красным террором на улице», Гитлер инициировал создание собственных фашистских военизированных отрядов. Эмиль Морис, в то время его лучший друг, впоследствии ставший одним из создателей СС, поспешно организовал не стеснявшиеся насилия штурмовые отряды СА, от которых Гитлер в книге «Моя борьба» требовал: «Наши военные формирования должны славиться тем, что они не дебатный клуб, а решительно настроенная боевая организация»4. Из рядов СА лидер НСДАП выбрал и своих первых личных телохранителей: «штабную охрану», а потом «группу захвата имени Гитлера». Эти две организации были зародышами охранных отрядов СС. Кроме того, Гитлер и сам вооружился. На начальных этапах становления ДАЛ и НСДАП, в так называемые «времена борьбы движения», он всегда носил с собой пистолет. На публике он всегда ходит с плетью в руке для обороны от нападавших. Даже свою племянницу, жившую у него, Гитлер заставил заниматься стрельбой. «Если ты живешь у политика, надо быть готовой к покушениям», считал он, требуя, чтобы Гели Раубаль тренировалась в обращении с пистолетом «Вальтер» калибра 6,35 на полигоне неподалеку от Мюнхена 5.
Во время Дня Германии в Кобурге в октябре 1922 года завязались ожесточенные уличные бои между национал-социалистами, коммунистами и социал-демократами. Противники из рядов марксистов напали на Гитлера, угрожая ему убийством. В 1923 году в Тюрингии в Гитлера стреляли из толпы. А во время поездки на выборы, когда Гитлер ехал на собственном роскошном «мерседесе» сквозь толпу, он встречал не только восторг и ликование, как внушали пропагандистские снимки фашистского фотографа Генриха Гоффманна, а и ожесточенное осуждение. Еще много лет Гитлер будет вспоминать эти возгласы: «Убийцы, бандиты, гитлеровские бандиты! А вон он сам сидит!» В 1942 году он вспоминал: «В то время мне было не до смеха, когда приходилось проезжать через обезумевшую свору»6.
