Глаза постепенно привыкали, перестраивались. Даймон шагал, спускаясь всё ниже, пока резко не остановился. Из темноты на него смотрели два красных глаза! Он уже приготовился к драке, выбирая между двумя тактиками: расправить крылья, подхватить сестру и взлететь на безопасное расстояние или обнажить когти и броситься на неизвестного врага. Но тут во тьме раздался собачий лай, затем рык, а потом зарычало само чудовище и послышались звуки борьбы.
Мара с Даймоном переглянулись, как следом на них из темноты выскочил… пудель. С налипшим на голову рогом и прочими запчастями от поверженного врага, которые свисали то тут, то там.
— Пукс! — обрадовался демонёнок, замечая, что у его демонического пса между зубов застряла приличного размера тазобедренная кость какого-то существа. Но он быстро слизнул её языком, таким образом почистив зубы и бросился к хозяину, радостно махая хвостом.
Собаки, они и в аду собаки.
— Откуда ты здесь, дружище? — охотно погладил его демонёнок, который даже не видел, что верный пёс бросился за ним в портал. Но теперь хозяин старательно почистил его от лишних деталей и привёл в божеский вид, насколько это было допустимо в аду.
— Все псы попадают в ад, — отметила немаловажную деталь Мара, глядя на это действие по незапланированным парикмахерским услугам и демоническому грумингу когтями брата.
— Я думал, что они попадают в рай, — попытался припомнить людские поговорки демонёнок, пока выуживал из шерсти лишние глаза, уши, рога и прочие клочки кожи.
— Обычные — в рай, а демонические — в ад, — рассказала сестра. — Причём сразу, без лимбо и предбанников. У них… пропуск. А всего-то и стоило, что отказаться от волчьего нрава или… ему податься.
Пукс на это лишь кивнул и снова зарычал на кого-то в темноте, чуя его присутствие за камнем. Затем без всяких сомнений бросился на таинственного врага, исчезнув за препятствием.
Камень сдвинулся с места, снова послышались звуки возни, рычание, даже камень пошатнулся. Наконец, глыба встала на место. А демонёнок сделал новый шаг на спуск.
— За мной, Пукс.
— Да, не отвлекайся на каждую мелочь, которая хочет пожрать нас, — хмыкнула Мара. — А то далеко не уйдём.
Всё ниже и ниже спускаясь на первый круг ада, оба проходили по пространству, именуемому Чистилище. Грешников здесь могло подстерегать что угодно, и никто бы точно не гарантировал, что его не сожрёт первый попавшийся монстр из темноты. Но всё же это было довольно пустое, обширное пространство, закручиваемое по спирали вниз. Или вверх. Это уж кто к чему стремился. Покинуть ад или напротив, занырнуть в него поглубже.
Чем ниже ребята спускались по этой спирали, тем шире становились каменные своды и раздвигались стены. А вдали уже светились все оттенки красного и жёлтого. Первые шаги омрачились тем, что готические сапоги Мары и ботинки на высокой подошве демонёнка постоянно вляпывались в какую-то грязь.
— Да что они своих ручных монстров на поводке не могут выгуливать? — недоумевал Даймон и старался обходить эти кучки стороной.
А вот Пукс принюхивался к каждой и словно определял по ним направление, всякий раз безошибочно отбегая в темноту и гавкая, пока хозяин и его сестра шли к нему на звук.
Так и передвигались в этих каменных лабиринтах, сменяемых то новыми просторами с загадочной подсветкой, то новыми каменными глыбами, между которыми ещё плутать и плутать. Никуда не делись и красные глаза, которые следили за каждым их шагов со всех сторон. Только подходить близко больше никто не решался.
— Воняет, будто кто-то долго и старательно портил воздух, — продолжал негодовать демонёнок, избалованный свежим воздухом на поверхности планеты, который пока ещё не весь испортили люди. А если вовремя остановятся, то его на всех хватит.
Наконец, они покинули каменные нагромождения и вышли в какое-то поле без растительности. А вскоре послышался плеск воды. Где-то в отдалении. И судя по звукам, до неё ещё было шагать и шагать.
— Стой! Кто идёт? — дорогу резко перегородил неизвестно откуда взявшийся красный тип с маленькими рожками на голове, хвостиком, копытцами вместо кончиков лап.
Пукс даже лаять не стал, лишь покосился на Даймона. С этой мелочью, мол, и сам разберёшься.
Демонёнок присмотрелся к новому собеседнику. Ростом не более метра, поросший небольшой редкой шёрсткой, судя по первому впечатлению это был сухонький старичок преклонных годов. Седая борода и морщинистая кожа не позволяли усомниться в увиденном.
«Хотя кто знает, сколько ему лет на самом деле? В Аду другое летоисчисление, да и время течёт по-другому», — невольно подумал демонёнок.
— Сами мы не местные… — начал было Даймон, но потом вспомнил, что он всё-таки пришёл в ад, а здесь не любят неопределённостей. А ещё редко задают вопросы. — Погоди-ка, а ты сам кто такой⁈
— Не видишь, что ли? — возмутилась старая развалина. — Постовой чёрт я! Только старый больно стал. Третий век доживаю. Рад бы ласты склеить, но у меня… копыта, вот! — и он продемонстрировал копытца, которые в хозяйстве мало чем пригодны. А для занятий хобби — тем более.
