Мара глубоко задумалась, как будто и раньше это знала, но большие провалы в памяти не давали ей полной информации даже о её прошлом. Не говоря уже о прошлом мира. И она тут же спросила:
— Что значит, могли?
Даймон вновь пожалел, что посеял сонную книгу где-то в портале. Но раз младшая сестра спрашивает, надо просвещать. И он постарался объяснить своими словами, как сам это понимал.
— Познав силу творимой душами праны и собственное могущество сил творящих, Даймоны стали пробовать прану на своих приверженцах. В храмах первых богов отформатированным людям впервые была явлена «магия» и удивительные религиозные «чудеса», которые появляются благодаря ей.
Глаза Мары вдруг посветлели, а собственный свет, казалось бы, наполнил на миг её всю. И она добавила совсем другим голосом:
— Тогда мы были слишком молоды, чтобы придавать значение историческим процессам и человеческому обществу, развитию человеческой науки и человеческому практицизму.
— А также их циничному неверию и желанию всё проверять! — поддержал этот диалог демонёнок, редко слушая «такую» сестру. Но этими разговорами ему словно удавалось пробудить некую её древнюю часть, которая умереть не могла и даже не собиралась.
В такие моменты его младшая сестра становилась старшей. И уже сама просвещала его:
— Мы, боги, верили в собственные бесконечные силы и в своё удовольствие наслаждались миром. Но с падением людей воцарился хаос. И взращённые силой их веры Даймоны стали падать вслед за своими создателями. Разрозненно, соперничая друг с другом, не понимая приближающейся опасности и не придавая значения человеческому уму, примерно пять с половиной столетий они делили людей и власть над ними, пока от их творящих сил не осталось лишь выражение «что ты творишь?».
— А что же боги?
— Наслаждаясь уже всей полнотой власти, мы не заметили, как эпоха древних мировых империй неожиданно подошла к концу. Но вместо трёх процветающих миров, равных друг другу, мы увидели лишь постоянно воющие между друг другом осколки былого величия. Сместились полюса. И вместо явных знаний пришли мистерии верований. Починяясь им и ими же подчиняя, все народы планеты внезапно пришли в движение. И мир поглотил почти абсолютный Хаос!
— Хаос, значит, — задумался демонёнок, всё-таки в людской школе его этому не учили.
— Сегодня вы зовете его Великим переселением народов. Но тогда — он стал для моих бывших братьев и сестер подлинным концом света. И я в какой-то степени понимаю, зачем они понизили мой потенциал. Ведь я по-прежнему пыталась вернуть всё в прежнее русло. Да только это была уже не могучая, но всё же покорная река, а цунами всех морей, бредущая по Мировому Океану! — Глаза Мары загорелись ещё ярче, освещая всё вокруг уже как неплохого размера костёр. — Величайшая из миграций смешала расы и племена, но, главное, привела к множеству войн и страданий. Человеческая боль уничтожила веру в нас, старых богов. Наши храмы были забыты. Никто не возносил нам молитв на местах прошлых ареалов. Заигравшись, мы обрекли себя на погибель! Но в то страшное время умерло и большинство великих старых Даймонов, кого люди начали воспевать в числе первых.
— Даймонов, значит, — прикусил губу демонёнок. — Пожалуй, ты права. Древние верования смешались и перепутались. Лишь немногие, самые упорные и могучие из нашего племени, нашли в себе силы приспособиться и остаться в живых. Так и появились… демоны.
Сестра замолчала, предлагая додумать самому.
— Когда медленно, шаг за шагом, новый мир подчинили себе Мухаммед и Христос, мы догадались, что надо делать! — догадался демонёнок. — Оба пророка были обычными людьми, вовсе не Даймонами. Но в уши каждому из них шептал кто-то из бессмертных. Кто-то из вас — богов?
— Да, именно тогда возникла идея Единого Божества и Падшего Ангела, ставшая фундаментом для дальнейшей судьбы Даймонов. Ваше падение было предрешено, — ответила сестра и посветила в детали. — Ведь после того, как мир успокоился, и великая миграция завершилась, старые боги подвели итоги. Как оказалось, выжили только те, кто умудрился приклеится к новой вере. Остальные канули в лету. Я и сама-то выжила лишь потому, что стала своего рода проклятьем на головы людей, и за это они меня почитали! То в виде бесконечной стужи и крепких морозов, то в виде песчаных бурь и неистового зноя! Но после победы Ислама и Христианства, мир оказался разделенным на половины — тёмную и светлую. Часть старых Даймонов стала играть за свет — в лице новорожденных Аллаха и Саваофа. Остальная часть — «пала», понизив вибрации. Так появились Ангелы и Светлые духи, Демоны и Ифриты. Мы больше не считались богами, но по сути — оставались именно ими, лишь разделенными на два лагеря. Как и — вы. Ведь люди продолжали верить в тех и других. А немногие независимые Даймоны, спрятавшись на задворках цивилизации, составили Серый цвет силы. То есть культы язычников и дикарей.
Демонёнок остановился и вдруг всё понял:
— И тогда… всё началось заново?
Сестра кивнула:
— Да, и как будто не было великой миграции и краха древних, забытых культов.
