Наполнив шприц трикотином, я, мерзко ухмыляясь, подошел к мачехе. Задергалась дамочка, в глазах появился животный страх, приняла мой блеф за чистую монету. Не обращая внимания на ее телодвижения, воткнул шприц в правое предплечье и ввел препарат. От него никто не пострадает, естественно, если нет аллергии именно на это лекарственное средство. Включил видеокамеру на запись.
— Мадам, еще не поздно подумать, у меня есть противоядие, — показал я мачехе ампулу, с которой заблаговременно стер спиртом надписи.
— Хорошо, я согласна, только вколи противоядие сейчас! — заорала Анна Сергеевна.
— Сначала исповедь, потом противоядие. Очередность я менять не стану и свое предложение дважды повторять не буду. Знаете, только благодаря просьбе влиятельного человека я веду сейчас с вами эти душеспасительные беседы. Реально, будь на то моя воля, я бы изловил неописуемый кайф от тех метаморфоз, которые произойдут с вами, с вашим телом, в очень скором времени. Это поистине блаженство, смотреть на эти превращения и особенно слушая вопли. Вы не представляете, как я себя сдерживаю. Но, кто знает, может быть вы своей тупой упертостью, посчитав, что ваша жизнь дешевле информации и денег, подарите мне это зрелище и неописуемый по чувственности смертельный вокал? Итак?
— Ладно, изувер, слушай. Я, Морозова Анна Сергеевна, тридцати девяти лет от роду, в девичестве носила фамилию Разумова. В настоящий момент вдова. Родилась в обеспеченной семье, отец возглавлял в то время завод по производству эмалированной посуды, пользующейся большим спросом. После развала Союза, завод достался отцу за копейки. Он даже расширил производство, стал выпускать посуду уровня «Zepter».
Окончив школу, я поступила в МГУ, вернее отец купил мне место. Училась нормально, мне с детства очень легко давались иностранные языки, а в университете я занялась их шлифовкой, ведь будущему политологу без знания языков признания не добиться.
Участвовала в городском конкурсе красоты. Первых мест не достигла, но была замечена представителями московской элиты. Появились у меня знакомые среди политиков, бизнесменов и военных. По окончании учебы проблем с трудоустройством у меня не было, стала я референтом депутата Государственной думы Иглайкина. Сам понимаешь, такую должность дали мне не за красивые глаза, пришлось отдариваться телом. Затем Иглайкин мне говорил, с кем спать. Поначалу было противно, а потом привыкла. Мне делали дорогие подарки в виде квартиры в центре столицы или в виде машины престижной модели. Я ни от чего не отказывалась, я хотела жить в свое удовольствие и ни в чем себе не отказывать, пока молода и мое тело еще сохраняло свежесть.
В один из дней Иглайкин вызвал меня к себе и долго объяснял мне о необходимости моего сближения с Морозовым Андреем. По словам Иглайкина, компания Морозова «Норд блу ривер» интенсивно развивается, инвестирует серьезные суммы за рубежом, а оказывать финансовую помощь «Демократической России» и участвовать в освоении бюджетных средств не желает. Также Иглайкин говорил, что у Морозова очень хорошие отношения со многими руководителями министерств страны и с иностранными бизнес структурами. С использованием связей Андрея Иглайкин планировал построить свою финансовую пирамиду.
— А чем занимался Морозов?
— У него разноплановый бизнес. Компанию он создавал на свои собственные средства, начинал со сборки компьютеров на арендуемой квартире, потом занимался поставкой оргтехники. Сколотив капитал и найдя надежных партнеров, занялся поставками сложного перерабатывающего оборудования по всему миру, в том числе осуществлял поставки в Россию. Наверное зависть заставила Иглайкина продвигать меня к Морозову, он в то время потерял жену. Состоялась встреча Морозова с Иглайкиным. Депутат пообещал Андрею поспособствовать в получении выгодных контрактов на поставку новых нефтедобывающих вышек, способных вести работы в сложных климатических условиях. Я видела протокол предварительных намерений и цифры там были более, чем внушительные.
