Я только пожав плечами, отправился к Эрику, в паре с которым мы оборудовали позицию на ближайшем бархане.
— Что Ульрих хотел от тебя? — поинтересовался Эрик.
— Санчес ему сказал, что я занимался отстрелом чернозадых, вот он и проверял мою винтовку. Ведь я не выпустил ни одного патрона, просто не успел, до меня с бандитами разобрались.
— Мне ребята говорили, что этот Санчес еще тот карьерист, хочет выслужиться, поэтому и гнобит легионеров. Не завидую тебе, Алекс, если на тебя взъелся Санчес, то жди от него подлости. Хорошо, что наш Морено мужик с головой, и на этого придурка внимания не обращает, и нас в обиду не дает.
— Так я ни разу с Санчесом не пересекался, у него есть свои подчиненные.
— А ты забыл, как пару недель назад на отдыхе, нам устроили спортивный праздник? Ты тогда этого лося Гуннара на лопатки уложил за двадцать секунд, а он, между прочим, из десятка Санчеса. Может он решил тебе отомстить подобным образом.
— Может и решил, Бог ему судья, но за предупреждение спасибо.
До обеда следующего дня наполняли цистерны. Нас никто не беспокоил, если не считать знойного солнца и легкого ветра, несущего песочную пыль.
Так в поездках за водой и караулах по охране стоянок проходила служба, ничего сверхъестественного. Правда, один раз нам удалось захватить целый караван с живым товаром.
Как обычно сопровождали колонну водовозов. Ехать предстояло километров сто, а значит, поездка продлится не менее пяти дней. Примерно на середине пути внезапно столкнулись с колонной из пяти грузовиков, под охраной шести джипов. При виде нас джипы от колонны отвалили и, поднимая столбы пыли, стали быстро удаляться в пустыню. Что-то на бандитов не похоже, подумал я, обычно они успевают пару раз стрельнуть по нам, а уж потом смываются во всю мощь двигателей своих транспортных средств.
По приказу капитана Сержа, именно он тогда вел нашу колонну, приступили к осмотру грузовиков, оставленных бандитами. Странно, но водители грузовиков остались на месте, и только со страхом посматривали на нас. Я чуть на задницу не упал. В кузовах автомобилей были установлены металлические клетки, полные людей, все без исключения — женщины. Замки на клетках сбили и освободили несчастных. Капитан приказал напоить и накормить женщин, а он тем временем связался с начальником аэродрома, куда впоследствии увезли женщин. Нам сержант Морено потом говорил, что на аэродром были приглашены представители местных властей, чтобы решить судьбу освобожденных. Многие из легионеров проводили женщин завистливыми взглядами, сожаления, что не довелось воспользоваться их услугами, похоже на многих длительное воздержание действовало угнетающе. Я, конечно, не исключение, но крепился, а вернее опасался. Кто его знает, какую болячку можно подхватить у этих местных красавиц, если бы вдруг случилась близость? Потерплю немного, а потом с Машкой и Лизкой наверстаю.
Подходил к завершению десятый месяц командировки. Сегодня закончили оборудовать свои позиции на последнем месте геологоразведки. Местное длинное название местности я не запомнил, мы неглубокий каменный распадок назвали «Красный каньон». Здесь действительно все было красным, песок, камни, и даже воздух был красным от летающей пыли. Инженер Джим Уайт нам пояснил, что на поверхность выходят несколько жил марганца, поэтому весь пейзаж приобретает такую окраску. Ну, и ладно, за всю командировку мы несколько раз меняли раскраску, в смысле покрывались пылью разных цветов, почему бы и красными не походить. По словам того же Уайта, здесь мы пробудем не меньше двух недель, бурение исследовательских скважин затруднено наличием твердой породы. Нам то какое дело? Наша задача обеспечение охраны, а бурить мы не обучены.
Вчера двумя вертолетами в наш лагерь доставили полтора десятка пишущей и снимающей братии из центральных масмедиа Франции. Видео и фотокорреспонденты должны снять репортажи о героических изысканиях нефтегазовой компании TotalS.A. в песках Африки. А журналисты планировали накорябать статьи, восхваляющие компанию и Францию в целом.
Пребывание творческой интеллигенции началось с грандиозной пьянки, на которую были приглашены наши офицеры, сержанты и капралы, легионерам осталось только облизываться. Я, находясь в наряде, в бинокль наблюдал за весельем и видел, как наш Ульрих, распустив хвост, обхаживал молодую француженку-мулатку, ведь большую часть пишущей братии, составляли женщины. Как-то незаметно для веселящихся людей, Ульрих с пассией скрылись в непроглядной темноте. Полагаю, наш лейтенант помог женщине изучить звездное африканское небо, оно сегодня исключительно чистое, впрочем, как и всегда, если нет пыльной бури.
Веселье закончилось ближе к утро, поэтому изыскательские работы начали только после обеда, да и то как-то вяло. По серым, и заметьте не от пыли, лицам было видно, что народ «устал», очень «устал».
