В кромешной темноте, дымкой застилающей глаза, на полу сидела побледневшая Катрин. Она дрожащими ладонями стирала с горячих щек рекой льющиеся слезинки. Часы в комнате тикали, раздражая. Девушка боялась распахнуть глаза, ведь во тьме на нее смотрели горящие лазурные глаза. Катрин зажала ладонями уши, качала головой из стороны в сторону, в ужасе шептала под нос имя того, кто ради нее готов бросить все. Не напрасна ли эта жертва?
Девушка крепко сжала кулаки. Ногти тут же до крови впились в нежную кожу. Где же ты, Адриан? В висках будто молотком стучало его имя. До полуночи оставалось два часа. Успеет ли он, пока она не сошла с ума. Она знала, это Селена напускает кошмары, пытается уберечь брата от ошибки. Заставив себя распахнуть глаза, она обнаружила полоску лунного света, что тянулась от не занавешенного окна. Стало легче дышать. В углу зашуршало и, вскинув резко голову, девушка разглядела в полутьме силуэт. Он шагнул на свет, являя собой Богиню Порядка.
– Здравствуй, Катарина, – поздоровалась она.
– Повелительница, – Катрин низко поклонилась.
– Оставь эти почести Ниаллу. Склони перед ним голову, иначе Адриан из—за тебя пострадает. Смертная, что допустила ссоры Богов, будет наказана. Сделай выбор: либо ты уходишь со мной, либо умрешь от моего клинка в ближайшее время, если Ниалл не найдет тебя раньше. Вселенная выдаст вас, не даст быть вместе, а я не позволю никому разрушить мою семью и разлучить братьев.
– Я не изменю свой выбор, – твердо произнесла Катрин, гордо вскинув подбородок.
– Из тебя бы вышла отменная наложница, – усмехнулась Богиня. —Мое дело предупредить. Значит, ты выбрала пасть от клинка Богов.
Богиня растворилась, оставив от себя серебристую пыльцу и запах орхидей, который на языке Катрин растекся сладкой патокой. Девушка задумчиво уставилась на свои руки. Она все решила, Вселенной придется смириться. А смирится ли Адриан? Он явился за ней ровно в полночь. В черном платье, пахнущий пеплом и ночной прохладой, он выглядел по настоящему родным, лишь глубокие складки на лбу заставили Катрин остановить свой порыв прижаться к нему.
– Готова? – спросил он. Она кивнула и протянула ладонь. Он медленно перевел взгляд на едва дрожащую руку и сказал: – У меня плохое предчувствие.
– Я сделала выбор, Адриан.
Он кивнул и обхватил холодные пальцы. Этим днем он потратил почти все свои силы на одно мощнейшее заклинание, благодаря которому в середине Скалистого моря, спрятанный под пологом Хаоса, качается остров, созданный льдами тьмы. Там он собирался укрыть ее ото всех. И даже если Ниалл их найдет, Адриан отдаст всего себя, чтобы спасти одну смертную, имя которой навеки выжжено и зарубцовано на его горячем сердце.
Адриан попросил Катрин зажмуриться и не открывать глаза, пока он не позволит. Она доверительно уткнулась лицом в его крепкую грудь и он переместил их путями тьмы прямо в построенный льдами дом.
– Теперь все, – шепнул он.
Дыхание пошевелило огненные прядки у лица и заставило девушку нервно поежиться. Адриан прижимал ее к себе, оставляя на коже мурашки от невесомых поцелуев. Сердце бешено колотилось в груди, слезы капали на руки, окропляли собой Адриана. Он отстранился, нахмурившись.
– Я что – то не так сделал? – осторожно уточнил он.
– Нет, – всхлипнула она. – Покажи мне спальню.
Мужчина моргнул, нахмурился еще сильнее. В груди скребли кошки, в горле встал ком плохого предчувствия. Он взял девушку за руку и прежде чем повести ее за собой, шепнул:
– Я всегда буду рядом.
Она улыбнулась сквозь слезы, стараясь не выдать как ей страшно, но назад пути нет. Она все решила. Так будет лучше для всех. Адриан повел ее вглубь комнаты и указал на дверь.
– Иди за мной, – попросила Катрин.
Мужчина сглотнул и распахнул перед ней дверь. В просторной комнате стояла больших размеров кровать с жаккардовым балдахином в черно—красном цвете. Закусив губу, девушка присела и похлопала рядом с собой. Ничего не понимающий Адриан остался стоять на месте.
– Я не понимаю, – начал он, но Катрин жестом попросила молчать.
Она встала, коснулась губами шершавой руки Адриана, потерлась о нее как кошечка и повернулась спиной, попросив:
– Расстегни замок.
Он послушно опустил бегунок вниз. Катрин расслабила руки и ситцевое платье легкой вуалью упало к ее ногам. Обнаженная кожа девушки мерцала под направленным на нее лунным светом. Она повернулась. Грудь часто вздымалась от дыхания, соски потерлись о ткань платья Адриана. Он широко распахнув глаза, следил за ее движением.
– Я не могу, – выдохнул он. —Ты же знаешь, Хаос убьет тебя.
– Знаю, Адди, – она коснулась пальцами его щеки. —Поэтому прошу тебя не отталкивать. Нам не быть вместе. Глупо было пытаться. Но умереть от клинка не любимого гораздо хуже и унизительнее, чем от ласки того, кто коснулся души.
– Я не могу.
Адриан отошел от нее, уперся спиной в закрытую дверь и в ужасе пытался нащупать спасительную ручку, чтобы позорно сбежать.
– Он нас найдет. Хаос не спрячет. Вселенная выдаст. Так сказала Селена.
– Ты говорила с моей сестрой? – удивился Бог.
