Означенные люди с командой нижних чинов (кто ж солдата будет считать за человека!) на пяти автомобилях выехали в степь в 11 часов вечера 28 сентября, в розысках провели 29 и 30 сентября и возвратились 1 октября. Ни дирижаблей, ни следов их спуска на землю найдено не было.
Копии опросов лиц, заявивших о видении ими дирижабля, при сем представляю2…»
Вот тут-то, в этих «копиях опросов», и начинались странности.
Чем больше я их читал, тем больше понимал, что вышеупомянутые «лица» видели вовсе не залетный цеппелин, а что-то лишь похожее на него.
Подрядчик каменных работ житель Астрахани Василий Соколов в ночь с 21 на 22 сентября 1915 года заночевал у лавочника-татарина в селении Хурцуглы. Примерно в 3.30 утра он вышел во двор, чтобы запрячь лошадь и ехать в село Михайловское (само собой, не в пушкинское, а в здешнее, астраханское). Вышел, стало быть, Василий Александрович на двор…
«….И тут мне показалась из-за тракта на Икицохуры на небе как бы звезда (опять „как бы“!). Затем эта, как мне сначала показалось, звезда начала приближаться и увеличиваться и видима была мною как бы в форме квадрата (и еще раз „как бы“!), стороны которого были вершков по 5-ти. Звезда эта с очень большой высоты опускалась вниз и в то же время приближалась, то есть двигалась как бы под уклон.
Тут-то я стал замечать, что сзади огня начала обрисовываться сигарообразная фигура коричневого цвета. Время было предрассветное, светил месяц, на небе были звезды. Было очень ясное небо. Облачка ни одного не было. Затем внизу этой фигуры я увидел как бы подвешенную лодку (количество этих «как бы» все растет!), раз в 7 меньшую по контурам сигарообразной фигуры. Самая же фигура казалась мне размером в 5-6 саженей. В лодке я различил тени, напоминающие по контурам фигуры 6 людей. Пять сидели, а один стоял, по крайней мере он был выше остальных фигур. Движений фигур я не видел, никакого шума при этом я не слышал. Все описанные явления были не над головой, а впереди меня, по направлению к Харахусам. Расстояния определить затрудняюсь, но думаю, что находилась эта фигура верстах в 3-х, под углом 40-45.
Увидев все это, я сильно перепугался и побегал на двор, крича, чтобы гасили в комнате огонь, и позвал татар смотреть. Тут же вдруг с этой фигуры блеснул луч света, который как молния осветил некоторую площадь земли и меня даже ослепил. Я еще более перепугался и подумал — не цеппелин ли это, которого я никогда даже на рисунках не видел, и продолжал кричать, чтоб скорее тушили огонь в комнате. Татары выбежали во двор. В это время сигарообразная фигура повернулась перпендикулярно прежнему направлению движения, носом, на котором был огонь, к Астрахани. Огонь тут же потускнел и уменьшился в размерах. Во время поворота в задней части фигуры поворачивалась какая-то «махалка». Впечатление было такое, как будто белуга в воде работает хвостом, минут десять я это видел. Затем фигура повернулась и полетела по направлению к северу, и вдали начала реять, и наконец исчезла из глаз3…»
В целом описанная Соколовым фигура и впрямь походила на дирижабль. Я знал, что в первую мировую войну на дирижабли устанавливали прожектора, и тот луч, который ослепил (надо думать, ненадолго) подрядчика каменных работ, мог принадлежать такой «фаре». Руль поворота, строго говоря, на белужий хвост не очень похож, но при достаточной доле воображения его можно и «махалкой» назвать. Наконец, малограмотному человеку сподручнее назвать «лодкой» гондолу с экипажем.
Но вот показания других очевидцев заставляли всерьез усомниться, что над Калмыцкой степью барражировали дирижабли.
Зайсанг, калмыцкий князь, Церен Бадмаевич Бадмаев сообщил Заведывающему Калмыцким народом Богдану Криштофовичу, что в субботу, 26 сентября, возвращаясь на автомобиле из Икицохур в Астрахань, между станциями Бешкуль и Николаевкой, приблизительно в 11 часов дня, увидел такую картину:
«….По направлению к Бешкулю, от меня верстах в 6-7, из-под бугра показался клуб черного дыма, который быстро отделился от земли и разделился на две части: одна начала двигаться по направлению к югу, другая — к западу. Отделившиеся от земли обе части клуба дыма приняли удлиненную форму, напоминая очертаниями лодку. Цвет этих „лодок“ сероватый. Видел я эти „лодки“ минуты 3-4. Сначала они имели форму круглую, а затем мгновенно (!!!) получили удлиненную форму. Чтобы видеть эти „лодки“, мне пришлось поднять голову, так как двигались они значительно выше горизонта. При этом с момента появления клуба черного дыма до исчезновения „лодок“ все описанные явления происходили не в полосе горизонта. Небо было безоблачное4…»
Когда я читал этот документ, Лисов еще смотрел видак. Вот-вот должна была появиться картинка, которую сержант Кулемин назвал «Облако в форме прямого огурца. Подъем над „Котловиной“. Передвижения (6.45 — 7.05). От 11.08.1936 г. Мне было очень интересно узнать, какое впечатление этот эпизод произведет на Дмитрия Петровича. Но одновременно эти кадры были неплохой иллюстрацией к тому, что рассказывал своему „Заведывающему“ Церен Бадмаев.