– Ай! – громилы встрепенулись, отходя от дрёмы. Они обнаружили себя на диванчике в гостиной кухне, одни. А откуда-то извне доносился дикий кошачий рёв. Беглый осмотр квартиры показал, что братиков нет, зато есть их ассистент животного происхождения.
Котик лихо отплясывал посреди лабораторной спальни, в одной лапке – смартфон от Стива, с льющейся из него залихватской мелодией, а в другой – пустой флакон. На полу – разбросана опорожненная тара из-под возбудителей, шерсть на звере – скатана и торчала сосульками, – явно неплохо он себя попользовал результатами опытов. Истошный рёв и непередаваемый запах зелья наполняли атмосферу.
– Эй, кошак! – позвали мордовороты, с опаской входя в комнату.
Котяра будто не видел закадычных дружбанов, наяривая танец и громко мурча. Музыка смолкла, котик сделал последнее па и раскланялся во все стороны:
– Мяв!..
– Кошааак! – заорали громилы, склоняясь над танцовщиком. Котик увидел перед собой две огромные заросшие хари, задрожал в испуге и зашелся сплошным мявом:
– Мяу, мяу, мяу!.. – он смотрел непонимающе, потом начал пятиться, прикрывая морду флаконом и смартфоном аки двумя щитами.
– Млин, он русский язык забыл, – в удивлении пробормотал Федя.
– Канешн, по ходу вылил все опыты, – заметил Петя. – О, смотри, чувак! – Мордоворот показал приятелю на два флакона, которые целёхонькие стояли на полочке. Этикетки гласили: «Петя» и «Федя».
– Нам оставил? – снисходительно спросили громилы у кота. Зверёныш развёл в недоумении лапами, мордочка выразила готовность помочь, но из горла вырвался бессильный возглас:
– Мяв!..
***
Академики, довольные и сытые, возвращались домой из знаменитого ресторана. В руках – пакеты из серии «Еда с собой».
– Предлагаю, – декларировал циник. – Щас разбудим этих бугаев-засонь, скажем им «спасибо» за услуги хостес, и выгоним. Мол, валите, до завтра.
– После надо связаться с нашими девушками, – дополнил ботаник. – Женщины по своей физиологической природе – мудрые и хитрые, они подскажут, как нам, с наименьшими потерями, избавиться от Феди и от Пети.
Братцы вывернули из-за угла и прикусили языки. Глазам открылась картина, которую зрачки отразили двумя крупными отдельными деталями:
Самодовольные хари мордоворотов. Их наглые руки, с зажатыми в ладонях «научными» флаконами.
Девчонки с поникшими лицами, покорно стоящие перед атлетами.
– Нееет! – у братиков вырвался трагический стон.
В следующее мгновение, – струи возбудителя обмазали девонек с ног до головы, и с головы до ног. Туда и сюда. Слышалось только характерное шипение струй, все иные звуки сознание деактивировало.
– Нееет!
Четверо из Хамовников повернулись к изобретателям, – мальчики с усмешкой, а девочки – с мученическими личиками.
Картинки в зрачках академиков проплывали лениво, как на замедленной киноплёнке. А потом… всё пришло в резкое движение.
Подружки нехорошо улыбнулись, и… вскинули точёные ножки. С разворота ударили каблуками по ненавистным ухажерам.
– На!.. На!.. – громилы закачались под чувствительными ударами, но устояли. В ход пошли апперкоты, – дружбаны получили по хуку в горло, после – по ноге в яйца и в заключение – по каблуку в грудь. Упали, не пикнув.
– Браво! – обрели полновесный дар речи братцы. Ожесточённо захлопали в ладоши.
Девочки ехидно заулыбались и поманили академиков к себе хищными пальчиками. Через минутку изобретатели ворочались на асфальте, рядом с мордоворотами. На скулах набухали синяки.
– Теперь линяем, – сказала одна подруженька другой. – Пока драная полиция не приехала.
Важно быть принципиальным. Легко иметь принципы, когда ты кот. Гораздо труднее их позволить, когда ты человек.
– Алло! Мне очень плохо. Я – кот… сбежал из цирка, спасите уникальное животное! – хрипел дымчатый котик в трубку айфона, распластавшись на полу лабораторной спальни. Сам зверь обрёл голос, а комнатка была столь же беспорядочна.
***
Спустя час академики и их ассистенты отсыхали в гостиной кухне, на диване. На лбах – полотенца, на физиях – томительные маски страданий.
Раздался пронзительный звонок в дверь.
– Я открою, – простонал котик, сдвигая с морды компресс. – Это меня спасать приехали… – в лапе по-прежнему была зажата телефонная трубка от Стива.
Четверо парней зловеще, насколько позволяло состояние слабости, уставились на зверя.
– Что? – поморщился котик, стыдливо воротя взгляд. – Между прочим, я ради вас старался… и перестарался.
***
