Он сидел за длинным черным столом с золотыми прожилками и что-то отмечал в развернутом пергаменте. Рядом расположился расслабленный Астарот в аметистовой рубашке, а по правую руку от него восседала Лилит, нежно поглаживая сына по запястью.
Кинжал показывал картинку от лица Аваддона. Когда он немного повернулся в сторону окна, перед нашим взором предстал Люцифер, занимающий трон из костей во главе стола.
– Как это работает? – восхитилась я магии Небесного Хрусталя.
Лу пожала плечами, но все же кратко объяснила:
– Рукоятка кинжала выкована из того же материала, что и камень. Они словно вступают в тандем, когда находятся далеко друг от друга. Хрусталь может впитывать в себя события даже через непроницаемую ткань и позволяет владельцу оружия Рафаила на расстоянии следить за происходящим. Так рассказывала моя покойная бабушка, лично видевшая Великую Войну. Но точного механизма работы и активации камня в тот или иной период я не знаю.
Мне захотелось благодарно обнять Луизу. В порыве я потянула руки, но, одумавшись, посчитала такое рвение неуместным и подавила его. Заправив локоны Клары ей за кружевной воротник, чтобы не мешали, я вновь опустила взгляд на невероятный кинжал.
– Мы не можем сгубить Абракс целиком. Такая прямолинейная тактика слишком заметна и привлечет внимание архангелов, – перечеркнув свои записи, заявил Кайлан. Он говорил сухо и четко, как палач возле виселицы, будто не решал судьбы тысячи невинных, а считал налоги Франсбурга. – Нам нужно подготовиться к новой неизбежной битве с Небом.
– На нашей стороне Грааль. Как только поймем, как использовать сосуд, чтобы воздействовать не на нас, а на пернатых с нимбом, пошлем им голубя с весточкой. Мозгов у них все равно столько же, – грубо высказался Астарот, холодно посмеявшись над своей же шуткой.
– Кровь Адель отнюдь не принесет нам победу, боюсь, все сложнее, – покручивая бокал с вином в руке, отозвался Аваддон. Темное стекло ловило огненные всполохи свечей в замысловатых канделябрах и превращало их в радужные переливы на прозрачных гранях. Внезапно супруг с грохотом поставил бокал на столешницу, обращая гнев, который не смог унять алкоголем, на Повелителя Войны. – И впредь не смей говорить об Адель непочтительно, называя ее сосудом.
– Она дочь продажной шлюхи, Аваддон. София сгубила моего брата-близнеца, а после возлегла с нашим общим врагом! Ты скажешь, что принцесса пыталась спасти шкуру Аза, черта с два! София искала способ уберечь свою задницу, по глупости соединившись жизненной энергией с моим братом. – Астарот резко поднялся, нависая над столом. – И если понадобится, я сам насажу голову Адель на кол и преподнесу ее папаше как подарок на День Святых.
Я никогда особо не реагировала на колкие высказывания в свой адрес, но все же слова Астарота неприятно залегли камнями в желудке.
Клара приобняла меня за плечи, молча требуя не падать духом, а Лу удивленно расширила глаза. Наверное, она не ожидала, что прошлое великой королевской семьи Грей далеко от идеала и запятнано кровью и грязью интриг.
Астарот резко замолк, будто проглотил язык. Его ярко-фиолетовые глаза заволокло серой пеленой, и он, точно подкошенный, рухнул в кресло со стеганой спинкой, на котором недавно сидел.
Никто из демонов даже не дернулся. Только Лилит шумно сглотнула.
– Мы собрались здесь для обсуждения деталей по захвату мира людей. Я не намерен выслушивать дешевые обвинения и истерики Повелителя Войны. Насколько я помню, его задачи состоят в другом, – заявил Кайлан, прокашлявшись. И я догадалась, что пыл Астарота затих по его желанию.
Люцифер поочередно постучал по столу пальцами, а Аваддон разжал кулаки. На краткий миг показалось, что, не вмешайся Селье в ругань младшего брата, Астарота «на отдых» отправил бы мой супруг.
– Что ты имел в виду, сказав, что Адель не поможет противостоять Небу? – склонив голову набок, поинтересовался Люцифер. С маской на пол-лица он вновь выглядел как спрятанный в ракушке жемчуг. Манил, будоража воображение таинственной красотой.
Аваддон мрачно хохотнул.
– А то, что мы ошибались! Ее драгоценная кровь будет действовать иначе. Если нижних и средних демонов она убивает без дополнительного усиления Небесным Хрусталем, нас – ранит, а при правильном использовании уничтожает, то ангелов она будет исцелять, а архангелов – подпитывать.
Кайлан резко вскинул голову, оторвавшись от записей. Темные пряди упали ему на глаза, и он порывисто их сдул, заставив мое сердце дрогнуть.
– Откуда такие познания, брат?
Аваддон вновь не сдержал смешка. Неспешно отпив из бокала, он специально выдержал натянутую паузу, чтобы позлить Кайлана. Лилит поерзала на стуле, предвкушая что-то нехорошее. Даже мы – три сгорбленные над кинжалом девицы – напряженно переглянулись.
– Проверил на себе, – вдруг пронзил тишину Аваддон звенящим, как струна, утверждением.
Люцифер откинулся на спинку трона и сложил пальцы в замок. Он явно заинтересовался продолжением шокирующего признания брата-архангела.
