— Что вы, что вы… Я понимаю… «Сильнее, чем ты думаешь», — подумала Мириам. — Вам нужно идти. Мы увидимся позже. Когда я освоюсь здесь, то вы с Полом обязательно должны прийти к нам на ужин.
Хелен улыбнулась, словно Мириам говорила о чем-то невозможном, поблагодарила и направилась к двери.
— Еще раз спасибо, — повторила Мириам.
Пока Хелен не вышла, никто не произнес ни слова.
А потом Норма и Джин расхохотались до слез. Мириам с улыбкой покачала головой.
— И что мне с этим делать?
— Повесь ее в шкафу в коридоре.
— Или на входной двери, — предложила Джин. — Она будет отпугивать грабителей и коммивояжеров.
— Мне так жаль ее. Ей плохо. А эта картина… — Мириам снова подняла ее. — Это настоящий кошмар!
— В ней есть посыл, — насмешливо повторила Норма, и они с Джин снова рассмеялись.
— Она говорит: «ррррры!!!» — воскликнула Джин, рыча и падая на колени. Норма и Мириам засмеялись.
— До прихода Кевина поставлю ее в угол. Когда он ее увидит, то сразу поймет, почему я ее не повесила.
— Ты просто прелесть, — заметила Норма. — Ты так хорошо с ней справилась.
— Она едет к психотерапевту, полагаю?
— Да. Бедному Полу нелегко. Мне его жаль. Мы все стараемся ему помочь, правда, Джин?
— После смерти Глории мы звонили Хелен и приглашали ее с собой в разные места, но она заперлась в квартире и хандрила. В конце концов мистер Милтон велел Полу что-то сделать. Она сейчас-то тебе странной показалась, а тогда вообще было что-то страшное. Однажды она пришла ко мне и закатила истерику, кричала, что мы все должны уехать, что нам грозит страшная опасность… Словно этот дом довел Глорию до смерти, а Ричарда — до самоубийства. Я не могла понять, что она бормочет, и позвонила Дейву. Он связался с Полом, и Пол забрал ее домой.
— Они вызвали врача, и тот прописал ей успокоительное. Она постоянно в таком состоянии…
— Наверное, они были очень близки с Глорией Джеффи, — предположила Мириам.
— Не ближе, чем все мы, — резко ответила Джин. В ее голосе слышалась обида.
— Я лишь подумала…
— Просто она… такая чувствительная, — объяснила Норма, прижимая правую руку ко лбу. — Она же художница, а у художников такие тонкие души. — Копируя голос педантичного университетского профессора, она произнесла: — Она видит трагическую иронию, которая присутствует во всем сущем.
Норма вздохнула.
— И все же мне ее очень жаль, — сказала Мириам, глядя на входную дверь, словно Хелен все еще стояла там.
— Нам тоже, — кивнула Джин. — Просто мы немного устали от всего этого. Это очень угнетает. Да, жизнь Глории Джеффи трагически оборвалась, а самоубийство Ричарда — это просто ужасно. Но все кончилось. И никто из нас не может изменить того, что произошло.
— Нам нужно жить своей жизнью, — добавила Норма.
— Лучшее, что мы можем сделать — это быть веселыми и жизнерадостными рядом с Хелен, — сказала Джин. — Мистер Милтон говорил нам об этом. Помнишь, Норма?
— Да… Что ж, — Норма взглянула на часы, — полагаю, мне пора отправиться в душ и заняться ужином.
— Мне тоже, — согласилась Джин.
— Не знаю, как вас и благодарить…
— Пустяки, ты найдешь способ, — отмахнулась Норма, и они снова рассмеялись.
Как приятно чувствовать себя счастливой, подумала Мириам. Рядом с этими девушками любой мгновенно почувствует себя счастливым. Она обняла Норму и Джин, и они ушли.
Оставшись одна, Мириам рухнула на диван и закрыла глаза. Наверное, она задремала, потому что в следующий момент увидела, что прямо перед ней стоит улыбающийся Кевин и качает головой. В руке он держал кейс.
— Отлыниваешь от работы, лентяйка?
— О, Кев! — Мириам потерла лицо и огляделась. — Наверное, я заснула. Сколько времени?
— Чуть больше шести.
— Правда? Я и правда заснула. Норма и Джин ушли больше часа назад.
— Похоже, вы проделали большую работу, — сказал Кевин, осматриваясь по сторонам. — Ты заслужила роскошный ужин в ресторане. Когда мы ехали домой, Дейв и Тед рассказали мне, что всего в двух кварталах отсюда есть чудесный маленький семейный итальянский ресторан. Домашняя еда и неформальная обстановка. Звучит соблазнительно, правда?
— Да.
— Давай примем душ… вместе…
— Тогда, Кевин, мы не пойдем есть — очень долго.
— Я рискну, — сказал он, протягивая ей руку, чтобы поднять. Он обнял ее и поцеловал в губы. — Впрочем, мы можем передохнуть и в спальне. Наша первая ночь на новом месте…
Мириам рассмеялась и поцеловала мужа в кончик носа. Обнявшись, они направились в спальню.
— Стой… А это что такое? — неожиданно спросил Кевин.
Он смотрел на картину Хелен Сколфилд. Мириам поставила ее на пол, прислонив к стене.
— О, Кевин… Заходила жена Пола. Она… странная. Она принесла нам эту картину в подарок на новоселье. И теперь я не знаю, что с ней делать.
— Надеюсь, ты ее не обидела? — быстро спросил Кевин.
— Разумеется, нет, как ты мог подумать! Но только посмотри на нее… Она страшная…
— Ну, мы повесим ее на какое-то время, а потом уберем…
— Ты серьезно? Я не могу видеть такую картину в своей квартире. Люди…
— Лишь на время, Мириам.
