— Да, это было, — произнесла Беверли Морган.
И она пересказала всю ту историю, которую рассказывал Кевину Стэнли Ротберг. Между ними произошла ссора. Не моргнув глазом и не изменив выражения лица, Беверли рассказала, что видела, как Максина Ротберг на инвалидном кресле въезжала в комнату Стэнли.
— У нее на коленях лежала коробка с инсулином. — Беверли помолчала, потом взглянула на слушателей и добавила: — И на ней были мои резиновые перчатки.
В зале повисла мертвая тишина, затишье перед бурей. А потом началось что-то невообразимое. Репортеры бросились к телефонам, чтобы сообщить новости в свои редакции. Люди не скрывали изумления. Судья застучал молоточком, призывая к тишине и грозя вывести из зала всех, кроме участников процесса.
Кевин оглянулся. Партнеры сидели на своих местах, но Джон Милтон ушел. Когда все успокоились, Кевин заявил, что у него больше нет вопросов.
К допросу приступил Маккензи. Он спросил, почему Беверли не рассказывала об этом прежде. Она спокойно ответила, что ее никто об этом не спрашивал. Кевин подумал, что сейчас Маккензи использует показания врача и информацию о пьянстве сиделки, чтобы дискредитировать ее слова. Если он это сделает, то Кевин сможет доказать преступную небрежность, которая привела к смерти Максины Ротберг. В любом случае он сможет поселить в сердцах присяжных сомнения в виновности Стэнли Ротберга.
Однако Маккензи решил этого не делать. Судья объявил перерыв. Кевин спросил у Пола, где мистер Милтон. Он хотел узнать, откуда босс знал, что Беверли Морган изменит показания.
— Он уехал на встречу с новым клиентом, — ответил Пол. — Он сказал, что поговорит с тобой позже, но велел передать: ты проделал большую работу!
— До этого момента я думал, что дело проиграно.
Пол улыбнулся и переглянулся с Тедом и Дейвом. На лицах всех троих играла одинаковая высокомерная усмешка.
— Мы не проигрываем, — произнес Пол.
Кевин кивнул.
— Начинаю в это верить, — сказал он, переводя взгляд с одного на другого.
После перерыва Кевин сразу почувствовал, что все чего-то ждут. Оглядев слушателей, репортеров и журналистов, он неожиданно ощутил то же приподнятое чувство всемогущества, которое охватило его, когда он защищал Лоис Уилсон. Все было в его руках. Как бы ему хотелось, чтобы Мириам пришла в суд — хотя бы сегодня…
Кевин вызвал Стэнли Ротберга. Когда тот принес присягу, Кевин сел на край стола и скрестил руки на груди.
— Мистер Ротберг, вы слышали, как характеризовали вас свидетели. Сначала вас называли игроком. Вы проигрывали большие суммы и часто оказывались в долгах. Это правда?
— Да, это так, — подтвердил Ротберг. — Всю свою сознательную жизнь я был игроком. Это болезнь, и я не намерен ее отрицать.
При слове «болезнь» он посмотрел на слушателей, как советовал Кевин.
— Вас обвиняли также во внебрачных связях, и эти обвинения подтвердила женщина, Трейси Кейсвелл. Она заявила, что была вашей любовницей. Вы можете это опровергнуть?
— Нет. Я был влюблен в Трейси, и мы встречались почти три года.
— Почему вы не подали на развод?
— Я хотел, но не мог сделать этого. Максина была больна, и Трейси не позволяла мне. Я изо всех сил старался вести себя осторожно.
— Судя по всему, это вам не удалось, — резко бросил Кевин.
Отличный ход! Он допрашивал клиента как прокурор, а не адвокат. И прозвучавшая информация приобретала особую значимость для присяжных и слушателей. Кевин показывал, что Стэнли Ротберг ему не нравится, что он не собирается помогать ему лгать.
— Да, полагаю, нет.
— И, как говорили свидетели, слухи о вашей связи дошли до вашей жены?
— Да.
— Вы слышали показания Беверли Морган. Она рассказывала о вашей ссоре с женой. Были ли эти показания точными?
— Да.
— Но в тот момент вы не восприняли угрозы жены всерьез?
— Нет.
— Почему?
— Она была больна. Я не думал, что она на это способна.
— Мистер Ротберг, вы ввели жене смертельную дозу инсулина?
— Нет, сэр. Я даже смотреть не мог на уколы — ни когда Максина делала их сама, ни когда их делала сиделка. Я всегда выходил из комнаты.
— Больше вопросов нет, ваша честь.
Маккензи медленно поднялся, но остался за своим столом.
— Мистер Ротберг, вы видели инсулин в своем шкафу?
— Да, утром. Но я забыл об этом. В отеле возникли проблемы, и я был очень занят. Я забыл спросить у сиделки про эти ампулы.
— И это несмотря на то, что жена угрожала обвинить вас в своей смерти?
— Я об этом просто не подумал. Это было… — Он повернулся к присяжным. — Это было просто невозможно.
Маккензи какое-то время смотрел на него, потом покачал головой. Слушатели подумали, что он не верит услышанному, но Кевин почувствовал в прокуроре безнадежность.
— Больше вопросов нет, ваша честь, — произнес Маккензи, садясь.
Кевин продолжил действовать по плану. Он вызвал Трейси Кейсвелл и допросил ее — она повторила все то, что говорила в офисе. Стэнли Ротберг пришел к ней после ссоры с женой, все рассказал… Добавила она лишь одну деталь: Стэнли был очень встревожен и подавлен. Трейси очень искренне сожалела о том, как все сложилось. Кевин и сам поверил, когда она говорила, как ей нравилась Максина Ротберг.
