Маккензи даже не стал ее допрашивать. В заключение Кевин развил ту самую мысль, которую подсказал ему Джон Милтон. Да, Стэнли Ротберг виновен в супружеской измене. У Стэнли Ротберга не самый лучший характер. Но судят его не за это. Его судят за убийство, а убийства он не совершал.
Всем было ясно, что откровения Беверли Морган подрубили обвинение под корень. Кевин был поражен тем, как плохо и невнятно выступает прокурор. Он повторялся, делал большие паузы, сбивался. Когда он сел, ни у кого не осталось сомнений в исходе процесса.
Не осталось сомнений и у присяжных. Через три часа они вынесли вердикт: Невиновен.
Когда Кевин вернулся в офис, празднование уже было в разгаре. Его победа стала главной новостью на местном телевидении, но Кевину почему-то было не по себе. Он не чувствовал той радости, какой должен был бы. Даже после оправдания Лоис Уилсон он чувствовал себя лучше. Покопавшись в себе, он понял, что в том деле победил сам. Он сам искал доказательства, анализировал их, думал, как дискредитировать свидетелей обвинения. И добился успеха.
Сейчас все было по-другому. Он не обманывался: выиграть дело удалось только благодаря показаниям Беверли Морган, которая подтвердила рассказ Стэнли. Поздравления и комплименты его не радовали. Он не мог гордиться собой. Эта победа была равносильна победе в бейсбольном матче благодаря дождю после пятого иннинга. Он не вложил в нее всю душу.
— Мне просто повезло, — сказал он Теду.
— Дело не в удаче, — возразил тот. — Ты блестяще построил защиту.
— Спасибо. — Кевин направился к кабинету мистера Милтона и постучал.
— Войдите, — раздался голос.
Кевин вошел, но не увидел Милтона сразу.
— Я здесь, — послышался голос. Милтон стоял перед большим окном. — Поздравляю!
— Спасибо, но я надеялся побеседовать с вами в перерыве. Я хотел спросить про Беверли Морган.
— Разумеется.
Кевин подошел к окну. Мистер Милтон положил руку ему на плечо и повернул. Теперь они вместе смотрели на город, раскинувшийся у их ног. Было довольно поздно, и темнота опустилась на город. Перед ними сияло море огней.
— Поразительно. Правда?
— Да.
— Вся эта сила, вся энергия сосредоточена на таком пятачке. Миллионы людей у наших ног, невероятное богатство, немыслимая энергия… Здесь принимаются решения, которые влияют на жизнь бесчисленного множества людей. — Милтон протянул свободную руку вперед. — Здесь разыгрываются все человеческие драмы, конфликты, эмоции. Здесь рождаются и умирают, любят и ненавидят. У меня дух захватывает, когда я об этом думаю.
— Действительно, — кивнул Кевин.
Он неожиданно почувствовал себя уставшим. Мистер Милтон говорил тихо и как-то завораживающе. Его голос и все эти огоньки, мерцавшие у их ног, гипнотизировали.
— Но вы не просто стоите надо всем этим, Кевин, — продолжал мистер Милтон тем же необычайным голосом. Кевину казалось, что голос этот звучит в его голове. Казалось, что Джон Милтон проник в саму его душу, занял какое-то свободное место в его сердце и полностью овладел им. — Вы надо всем этим и точно знаете, что все будет вашим.
Повисло долгое молчание. Кевин смотрел на город, рука Джона Милтона по-прежнему лежала у него на плече, прижимая и удерживая.
— Вам пора домой, Кевин, — прошептал Милтон. — Отправляйтесь к жене и устройте собственный праздник.
Кевин кивнул. Джон Милтон отпустил его и, словно тень, скользнул к своему креслу. Кевин еще какое-то время стоял неподвижно, потом, вспомнив, зачем он пришел, повернулся к боссу.
— Мистер Милтон, я хотел спросить про ту записку… Откуда вы знали, что Беверли Морган изменит показания?
Джон Милтон улыбнулся. В приглушенном свете настольной лампы его лицо выглядело как маска.
— Ну, Кевин, вы же не хотите, чтобы я выдал все свои секреты? Ведь тогда вы, молодые, решите, что и сами можете занять мое место.
— Да, но…
— Я с ней поговорил, — быстро ответил Милтон, — привел кое-какие аргументы, и она прислушалась.
— Что же такого вы сказали, что она полностью изменила показания?
— Кевин, люди всегда выбирают то, что хорошо для них. Идеалы, принципы и все такое… В конечном счете все это не имеет значения. Нужно усвоить единственный урок: у всего — и у всех — есть своя цена. Идеалисты назвали бы меня циником. Люди практического склада, вроде вас, меня и наших партнеров, знают, что это ключ к власти и успеху. Наслаждайтесь же своей победой. — Милтон отвернулся и взглянул на свои бумаги. — Через пару дней для вас будет новое дело.
Кевин какое-то время смотрел на него, думая, будет ли у этого разговора продолжение. Джон Милтон явно хотел закончить разговор.
— Я понял, — произнес Кевин. — Доброй ночи.
— Доброй ночи. Еще раз поздравляю. Теперь вы настоящий партнер Джона Милтона.
За дверью Кевин остановился. Почему эти слова не улучшили ему настроения? Идя по коридору, он думал об огнях города и о том, как стоял над ними рядом с Джонм Милтоном. Ему вспомнились слова босса. Удивительно, но они звучали так знакомо. Где он…
