Кевин улыбнулся, показывая ряд ухоженных белоснежных зубов. Когда он посмотрел на Мартина Баама, то мгновенно заметил смущение на его лице. Кевин учтиво поклонился прокурору и ухмыльнулся присяжным, словно волк из сказки про Красную Шапочку, которому удалось доконать бабушку, а потом свалить все на внучку.
— Ведь ты не очень хорошо вела себя на уроках мисс Уилсон, не правда ли, детка? — спросил он снова беззаботно-дружеским тоном.
— Нет. — Барбара отерла слезу. — Но я не виновата, — торопливо добавила она, видимо, обрадованная тем, что вопросы изменили направление.
Кевин остановился, словно задумавшись, но затем снова повернулся к ней, точно палач, вспомнивший, что пытка еще не завершена.
— Так ты считаешь, мисс Уилсон тебя не любит и плохо к тебе относится? Устраивает тебе всякие неприятности?
— Да.
— Видимо, ты не хотела, чтобы она была твоим классным руководителем?
Барбара поежилась от пристального взора Лоис. Она пожала плечами.
— Так нет? Или да? — наседал Кевин.
— Я просто хотела, чтобы она перестала придираться.
— Понимаю. Все в порядке, Барбара. И когда же случился предполагаемый инцидент между тобой и мисс Уилсон? Какого примерно числа?
— Протестую, Ваша честь! — заявил Баам, поспешно вскакивая. — Не думаю, что девочка находится в таком возрасте, чтобы точно запоминать даты.
— Ваша честь, эту маленькую девочку защита рассматривает как главного свидетеля обвинения, выдвинутого против моего клиента. Мы не можем опираться на случайные воспоминания ребенка о столь немаловажном факте, который, по утверждению обвиняющей стороны, имел место. Обвинение весьма серьезно.
Кевин знал, что делает. Он шел напролом, рискуя всем, в том числе и собственной карьерой. Потому что это был его шанс.
Кевин продолжал:
— И, если показания окажутся неполными, воспоминания — обрывочными, в таком случае…
— Хорошо, мистер Тейлор. Вы обозначили свою позицию. Протест отклоняется. Задавайте ваш вопрос, мистер Тейлор.
— Благодарю, Ваша честь. Итак, Барбара, забудем про число. Скажи просто день недели. Когда это случилось: в понедельник, вторник?
Кевин задавал вопросы умышленно быстро, практически наскакивая на ребенка.
— Ммм… во вторник.
— Точно во вторник? — Он сделал еще один шаг по направлению к ней.
— Да.
— Но по расписанию, Барбара, во вторник у вас нет занятий по искусству, — возразил он, не без оснований рассчитывая, что приведет ее в замешательство.
Она беспомощно оглянулась вокруг и растерянно промямлила:
— Значит, в четверг.
— Значит, в четверг. И ты уверена, что это был не понедельник? — Она покачала головой. — Известно, что мисс Уилсон в перерыв часто уходила в учительскую, и почти никогда не оставалась в кабинете, когда там не было учащихся.
Барбара бессмысленно уставилась в пустоту.
— Так это был четверг?
— Да, — едва слышно вымолвила она.
— Значит, и с другими девочками это тоже случалось по четвергам? — спросил он, словно не меньше, чем она был озадачен этим фактом.
— Протестую, Ваша честь. Ее не готовили по остальным свидетельским показаниям.
— Напротив, — возразил Кевин, — я утверждаю обратное: девочка хорошо подготовлена.
— Что-о? — прогремел голос прокурора.
— Джентльмены. — Судья постучал молотком. — Протест принят. Мистер Тейлор, ограничьтесь в своих вопросах показаниями свидетельской стороны.
— Прекрасно, Ваша честь. Барбара, когда ты рассказала остальным девочкам о том, что с тобой случилось? Сразу после того, как вышла из класса? — спросил Кевин, не дожидаясь, пока она успеет оправиться.
— Нет.
— Ты рассказала им об этом у себя дома?
— Я…
— Случайно не в тот самый день, когда вы собирались с Джеральдом и Тони?
Девочка медлила с ответом, не то раздумывая, не то чувствуя расставленную ловушку.
— Ведь именно тогда ты и рассказала им обо всем, правильно? И по какой причине вы устроили сбор у тебя дома? Видимо, происходило нечто такое, что и натолкнуло тебя на мысль рассказать обо всем?
Слезы вновь заструились по лицу Барбары. Она потрясла головой.
— Если ты хочешь, чтобы тебе поверили, Барбара, ты должна все рассказать. Иначе какая цена твоему свидетельству против мисс Уилсон? Хорошие девочки рассказывают обо всем, — зачем-то добавил он. — И значит, ты должна объяснить причину, по которой ты вдруг заговорила о мисс Уилсон. Чем вы там таким занимались?
На лице Барбары проступил ужас.
— Если ты сейчас скажешь правду, все кончится, — пообещал он. — Тогда тебе не придется объяснять все остальное, — добавил он, почти шепотом. Девочку, казалось, парализовало. — Барбара? Барбара-а? — позвал Кевин. — Я еще здесь. Жду твоего ответа.
— Ваша честь, — вмешался Баам. — Мистер Тейлор оказывает давление на свидетельницу.
— Я так не думаю, мистер Баам, — отозвался судья. Он опять склонился к Барбаре. — Барбара, ты должна ответить на вопрос.
— Ты лгала мистеру Корнблу, потому что была настроена против мисс Уилсон? — снова быстро спросил Кевин. Это был грандиозный ход: обвинение трещит по швам, она уже готова дать положительный ответ. Боковым зрением Кевин отметил, как подействовали его слова на присяжных брови снова поползли вверх.
