— Стоп, — перебил её, прекрасно ощущая, какие именно эмоции её сейчас одолевают. И, несмотря на то что они были мне лестны, такого развития событий мне точно не нужно. — Насть, я не хочу, чтобы ты оправдывалась. Тем более, что я и так знаю, что ты не глупа и прекрасно понимаешь собственные недостатки. Просто ты бываешь чересчур…
— Резковатой, — высказала она предположение, но я отрицательно покачал головой.
— Нет. Я бы сказал, быстрой.
— Это в каком смысле? — не поняла она.
— Умные мысли не всегда могут тебя догнать, — со смехом пояснил я и тут же оказался вынужден броситься в сторону.
Но от прилетевшего мне в макушку снежка увернуться не вышло. В итоге Лазарева со смехом наблюдала, как я, ругаясь, пытаюсь избавиться от попавшего за шиворот снега.
— Какого дьявола ты такая меткая? — простонал я.
— А кто, по-твоему, каждую зиму братьев по участку снежками в детстве гонял? — задала она риторический вопрос. — Если бы я хотела, то могла бы стать чемпионкой в этом виде спорта.
— Ну слава богу, что швыряние снегом не входит в перечень распространенных видов спорта, — негромко проворчал я. — Кстати, я тут недавно видел тебя на игровом суде вчера.
— Ты был там? — удивилась Лазарева.
— Ага. Не могу не отметить, что ты стала гораздо увереннее.
Эти слова вызвали у неё тёплую улыбку.
— Ну я бы солгала, если бы сказала, что в этом нет твоей заслуги, — вернула она мне любезность в ответ, на что я весело усмехнулся.
— Это точно. Столько сил в тебя вложил. Было бы обидно, если бы потратил их зря… Э! А ну положила снежок на землю…
К себе в аудиторию я вернулся примерно минут через сорок после того, как поговорил с Анастасией. Блин, как же легко и приятно всё-таки с ней, когда у неё шарики за ролики не закатываются.
Остаток дня я провёл за столом, разбираясь с тестами своих ребятишек. К слову, справились они хорошо. Действительно хорошо. Впрочем, оно, вероятно, и неудивительно, вопросы там были… ну такие себе. Нет, София составила хороший и верный тест. Да только не могу понять, почему она так старательно избегала острых тем. Действительно острых.
Может быть, спросить? Хотя что толку. С ней такой фокус не пройдёт.
— Они всё его прошли, — спустя десять минут заявил я, положив стопку проверенных тестов ей на стол.
— Все? — уточнила София.
— Ага. Хотя не буду лукавить, я бы сильно удивился, если бы хоть один из них не сдал. Там же не вопросы, а голая ситуативка с упором на логику и примитивное понимание, что такое хорошо, а что такое плохо.
София поморщилась от моих слов.
— Александр, мы же уже обсуждали это…
— София, я не хочу критиковать твою позицию, но…
— Но ты её критикуешь. — Её губы тронула короткая улыбка. — Они должны начинать с основ.
— Ага, помню, ты, кажется, уже говорила что-то вроде того, — не стал с ней спорить и не без удовольствия развалился на диване в её кабинете. — Слушай, а можно мне такой же диван в аудиторию?
— Зачем? — с поддельным интересом спросила она. Даже в сторону свои бумажки отложила для вида. — Чтобы ты там дрых, вместо того чтобы работать?
— Ну почему сразу дрых-то? — возмутился я такому бессердечию. — Может, я просто хочу вести занятия в более комфортной обстановке?
— Могу тебе кресло поудобнее выбить.
— Я диван хочу…
— Это не обсуждается, — не дала она мне договорить. — Наши преподаватели не ведут занятия, развалившись на диване. Или ты уже забыл, что это элитное учебное заведение империи?
— В котором занятия у вас ведут преподаватели без лицензии и образования, — парировал я, чем вызвал у неё смех.
— Туше.
— И всё-таки?
— Нет!
— Ладно-ладно. — Я горестно вздохнул и встал. — Понял. Никаких удобных диванов…
— Вот именно, — настоятельно сказала мне она, после чего открыла ящик своего стола и достала что-то оттуда. — Держи, это тебе.
Я с подозрением посмотрел на завёрнутую в яркую обёртку плитку шоколада.
— И с чего это такая щедрость?
— Считай, что это твоя награда за то, что выдержал первую неделю занятий и не вылетел отсюда. И за то, что меня не выкинули вслед за тобой.
— О, погоди, — важно заявил я ей, напустив в голос наигранной мрачности. — То ли ещё будет.
— Тогда шоколадку не дам, — тут же пригрозила она, отодвинув руку и не дав мне схватить свой приз.
Но на меня такие детские подначки не работают.
— Ой, да больно надо, — тут же съязвил я. — Мне же не десять лет, чтобы за шоколадкой бегать. Всё, я ушел.
И даже пошёл на выход, но уже у двери она меня окликнула, а когда обернулся, то тут же поймал руками брошенную мне плитку шоколада.
— Ты правда хорошо поработал, — уже куда благожелательнее произнесла она.
— То ли ещё будет, — вновь закатил я глаза и, шутливо козырнув ей плиткой, выскочил из кабинета под возмущенное «Александр!»
И чё? Двадцать лет уже Александр. Но в чём-то она всё-таки права. Как бы плохо мне ни было потом из-за моих косяков, она тоже пострадает. А этого мне не хотелось.
Быстро глянув на часы, прикинул в голове. До шести вечера оставалось всего ничего. Я помнил о полученном вчера анонимном сообщении в конверте и намеревался узнать, кто за ним скрывается. У-у-у…
