Блин, даже от одной мысли коробит. Ладно бы ещё я Марине помогал или там с Настей в роли наставника выступал. Это же один человек! С ним проще разобраться. Понять, где его косяки, и показать способ исправления, но не с целой же аудиторией таких вот балбесов?
Блин. А ведь у Насти уже практика закончилась. Последний наш с ней разговор вышел так себе. Ни шатко ни валко. Даже не попрощались толком. Ведь после того как уволился, я на работу больше не приходил. Только получил звонок от достопочтенной Светланы Сергеевны, что появляться мне не нужно.
По её словам, «девочки» будут рады подготовить всё и выслать мне курьером на подпись, чтобы лишний раз не дёргать. И ведь вряд ли они так к каждому сотруднику относились. Помню, когда Савина увольняли, его так вообще с позором выкинули, хотя и обставили всё вроде безобидно.
Ладно. Фиг с ним. Может быть, мне просто повезёт, и мы пересекаться с Лазаревой не будем. А то эта история с браком от её папочки, да помноженная на Настин характер как кость в горле.
Прошёлся по парковке, в очередной раз отметив большое количество весьма дорогих автомобилей. Ещё одно напоминание, что тут учатся далеко не простые ребятки.
Дойдя до главного здания, вошёл внутрь и направился по коридорам к кабинету Софии, благо я очень хорошо знал, где он находится. Обычно она торчала на кафедре, но сегодня попросила прийти именно в её кабинет, чтобы утрясти последние вопросы.
— Войдите, — раздался голос с той стороны двери, когда я постучал по ней костяшками пальцев.
— Доброе утро, — поприветствовал сидящую за столом женщину.
— Доброе, Александр, — улыбнулась она, на секунду подняв взгляд от разложенных на столе бумаг. — Подожди минутку, я закончу, и мы с тобой начнём.
— Без проблем, — вяло ответил я, окинув взглядом кабинет.
Ну, ничего особенного. Широкий рабочий стол. Пара стульев. Диван у стены. Шкафы с книгами, папками и всем прочим.
Впрочем, всё это даже близко не привлекало внимание так, как сидящая за столом женщина.
София Андреевна Голотова оказалась… интересным человеком. Умная. Интеллигентная. Имеет докторскую степень. Уверен, она была бы прекрасным юристом. Точнее, не так. Она им и была, но в итоге выбрала исследовательскую и преподавательскую деятельность, подчиняясь своему характеру.
И женщина, которую я встретил, сильно отличалась от той, что сидела сейчас передо мной. Не внешне, но в эмоциональном плане. И отличалась сильно. Она стала менее… наверное, слово «зажатая» подошло бы здесь лучше всего. С учётом патологического недоверия к окружающим на фоне предательства бывшего мужа и порожденного этим желания действовать исключительно в рамках закона, которые она так чтила, София Голотова вполне могла бы стать образцом идеально честного юриста. Особенно при полном непризнании разного рода «грязных трюков» нашей профессии.
Идеально честный юрист.
Блин, да передо мной сидел настоящий единорог, если можно так выразиться. Что-то мне подсказывало, что она даже для спасения собственной жизни не стала бы лгать. При этом глупой её назвать язык бы не повернулся. Едва ей подвернулся «законный» способ бортануть своего бывшего, как она, пусть и не сразу, но вцепилась в него зубами и когтями, как гарпия.
Откуда я это знаю? А очень просто. Периодически созванивался с Мариной и слушал её жалобы, что она скоро сдохнет. Хотелось бы сказать, что в переносном смысле, да только я что-то не уверен в этом. Похоже, Марина, несмотря на мои предостережения, всё равно по какой-то причине считала, что эта работа не окажется такой уж серьёзной и сложной.
Что же, София, видимо, решила доказать ей всю ошибочность и недальновидность подобного предположения. По её мнению, если они занимаются этой работой, то они сделают её идеально.
Отсюда и стоны о нехватке свободного времени, постоянные недосыпы, плач, что она скоро поселится в университетской библиотеке и архивах и всё прочее.
Эх, прекрасен мир чужими страданиями.
С этими мыслями я с удобством расселся на диване и вновь посмотрел на Софию. За столом сидела собранная, уверенная в себе и абсолютно спокойная женщина. Нет, разумеется, было в её эмоциях нечто, более всего напоминающее… ну, на первый взгляд я бы сказал, что это похоже на весёлое предвкушение.
И казалось бы! С чего вдруг-то⁈ Но меня не проведёшь…
— Так, — сказала она, снимая очки в тонкой золотой оправе и потирая глаза. — Я закончила.
— Я тут подумал… — решил предпринять последнюю попытку, но не вышло.
— Александр, я же уже тебе говорила, — с нажимом проговорила она. — Это твой лучший вариант. Самый лучший. Эта группа состоит из тех студентов, которым требуется…
Она на мгновение задумалась, явно подбирая подходящее слово.
— Вы дали мне лодырей и отстающих балбесов? — подсказал, чем вызвал лёгкое возмущение на её лице.
— Я бы сказала, что это студенты, которым просто требуются дополнительные занятия, — с нажимом произнесла она, но я на такое не куплюсь.
— А я что сказал?
— Ты назвал учеников Имперского университета несмышлеными и ленивыми дурачками, — тут же подсказала она мне правильный ответ.
— И? Возражения будут?
