— Это всё, что вы можете⁈ — рявкнул он, пока тварь визжала в его хватке. — Всё, на что вы, выродки, способны⁈ ДАВАЙТЕ ЖЕ! ПОБОЛЬШЕ ЭНТУЗИАЗМА, УБЛЮДКИ!!!
Выбросив в сторону свободную левую руку. Небольшой огненный шар вспыхнул на кончике вытянутых указательного и среднего пальца. В следующий миг он вспыхнул с яркостью солнца. Такой ослепительный, что наполняющие зал твари завизжали от боли, когда этот болезненный свет резанул их по глазам.
Через миг огненный шар превратился в сияющий луч, что разрезал пополам сразу трёх тварей. На пол они упали кусками мёртвого мяса.
— А ты куда собрался? — поинтересовался Браницкий, глядя на то, как попавшее в ловушку его обжигающей хватки существо тщетно пытается вырваться. Тварь, когда-то бывшая молодым парнем, визжала, полосуя когтями его предплечье, пока его горло продолжало чернеть.
— Нет, дружочек, — покачал головой граф, и на его лице появилась почти блаженная улыбка. — Я тебя так просто не отпущу. Ты у меня уйдёшь с огоньком.
Вырвавшееся из сжимающих шею твари пальцев пламя моментально охватило вампира. Размахнувшись, Константин швырнул его в группу других вампиров и добавил ещё огня, превратив центр зала в пылающий костёр.
Охранники аукционного дома вокруг него продолжали умирать один за другим. Они пытались сражаться. Действительно пытались. Но их было слишком мало, чтобы оказать хоть какое-тосопротивление тому чудовищу, что они встретили на своём пути. Один вампир повалил мужчину на пол и начал вырывать куски плоти зубами. Кровь брызнула на прикрытую защитным стеклом картину. Другой охранник споткнулся и упал, его фонарик вылетел из рук, освещая хаос вокруг. Сразу два экскурга бросились на него сверху, вонзая когти в живот. Человек закричал, но крик быстро сменился хрипом, когда другой вампир разорвал его горло.
Константин между тем спокойно двигался по залу, словно дирижёр, управляющий оркестром смерти. Он создавал огненные вихри, которые поднимались к потолку, охватывая сразу несколько вампиров. Их крики были оглушительными, но они только усиливали его удовольствие. Одного из вампиров он поймал за ногу и швырнул в стену, после чего выпустил поток огня, превращая его в пылающий факел.
Наконец, в симфонию из криков умирающих добавился ещё один звук. Громкий и настойчивый звук пожарной сигнализации. Сработали расположенные на потолке сплинкеры, начав заливать всё водой, чтобы справится с пожаром.
— Вы всё равно умрёте, — не удовольствия произнёс Браницкий, обращаясь к окружавшим его тварям. — Вопрос только в том, как долго я буду вас мучить.
Последний из охранников, раненый и окровавленный, попытался спрятаться за колонной. Но один из монстров нашёл его и там. Подобравшись по колонне над его головой, он поднял человека в воздух, словно игрушку, и начал пить его кровь, вонзив челюсть ему в горло.
Константин подошёл ближе, наблюдая за этой сценой с лёгкой усмешкой. Когда вампир закончил, граф протянул руку, и огонь охватил обоих — и вампира, и его жертву. Человек закричал, но его крик быстро затих, когда огонь поглотил его полнустью. А вот вампир, истошно визжа, попытался сбежать, но Константин просто щёлкнул пальцами, и пламя стало ещё ярче, превращая его противника в пепел.
Другая тварь, увидев, что стало с её сородичем, с воплем ужаса бросилась к выходу, но не смогла сделать и пары шагов. Огненный луч подсёк её под ноги, моментально отрезав их чуть ниже колен и прижигая рану. В воздухе витал мерзкий запах паленого мяса и крики.
Браницкий подошёл ближе, чувствуя, как падающая с потолка вода с шипением испарялась практически сразу же, едва только касалась тела. Попутно щёлкнул пальцами, и ещё одного из экскургов охватил огонь.
Моментально забыв об убитом противнике, он подошёл ближе к пытающемуся уползти раненому монстру. Граф пинком перевернул его на спину.
— О, и что же у нас тут за такая симпатяжка?
Она действительно была красива. Совсем недавно это была молодая девушка. Не старше двадцати. Её кожа ещё не успела приобрести ту мертвенную бледность, что была присуща тем, кого обратили раньше. В её глазах метался страх.
— П… пожалуйста, — запричитала она, едва ли не захлёбываясь слезами, что размывались льющейся сверху водой. — Прошу вас, я…
— Что? — поинтересовался Браницкий, поставив ногу ей на грудь и прижав к полу. — Чего ты говоришь? Не слышу?
— Прошу, — хрипло выдохнула она на последних остатках воздуха из своей груди. — Пожалуйста, я не хотела…
— Не хотела? — уточнил Браницкий. — Не хотела… что?
Из-под его ступни пошёл дым.
Девушка под его ногой забилась в судороге и попыталась вонзить свои ещё короткие и не успевшие отрастить когти в его ногу. Но граф даже не поморщился от боли.
Он лишь сильнее надавил на её грудь. Хлынувшее с его тела по ноге пламя превратило всю грудную клетку бьющейся в агонии девушки в пылающий костёр.
