В какой-то момент она всё-таки прислушалась к нему. В тихой злости пнула сумку, и та улетела в угол гардероба. А сама Настя прижалась спиной к стенке и съехала по ней на пол.
У неё нет ничего своего. Буквально. Мать была полностью права, когда ткнула её этим в лицо. Вообще ничего.
Впрочем, всего через несколько секунд тот же самый тихий голос в её голове подсказал, что это было не совсем так. Кое-что «свое» у неё всё-таки было.
Озарённая этой мыслью, она вскочила на ноги, Настя бросилась вниз по лестнице, едва не споткнувшись. Подбежала к дивану и схватила мобильник. У ней ушло где-то пять секунд на то, чтобы разблокировать телефон и найти нужный номер. И в этот раз в динамике раздались привычные слуху гудки.
— Насть? — спросил Роман, явно удивленный звонком сестры. — Что-то случилось?
— Рома, тебе ещё нужна твоя машина? — быстро спросила она, загнав собственнические инстинкты поглубже.
— Что?
— Я спросила…
— Да я слышал, что ты спросила, — отозвался брат. — Только не понимаю, зачем…
— Выкупи её у меня, — выпалила Анастасия.
— Чего?
Теперь его голос звучал крайне удивленным.
— Я спросила, хочешь ли ты её выкупить у меня? Вернуть себе. Я согласна, но только если ты заплатишь!
В телефоне повисла тишина.
— Насть, что случилось?
— Ничего не случилось… — попыталась отмахнуться она от вопроса, но брат знал её слишком хорошо, чтобы это могло с ним сработать.
— Насть, давай ты будешь врать кому-то другому, хорошо?
— Рома, — она почувствовала, как начинает злиться, — я просто хочу знать, нужна тебе твоя машина или нет. Если нет, то я…
— Настя! Успокойся, пожалуйста, и объясни мне…
— Да не собираюсь я ничего тебе объяснять! — взорвалась она. — Мне нужны деньги! Все! Я предлагаю тебе выкупить машину. Если не хочешь, то так и скажи!
— Хорошо-хорошо, — торопливо ответил брат. — Допустим, я согласен. Но хочу сначала с тобой поговорить. В противном случае я в твоих очередных играх не участвую.
— Да нет никаких игр! — вскинулась она. — Я…
Анастасия вдруг замолчала. А ведь это была правда. Она действительно решилась. Несмотря на то каким дурацким выглядел её план. Несмотря на то что других вариантов у нее не было. Могли бы быть, остановись она и подумай чуть дольше, но…
…Но такие решения принимают либо на эмоциях, под властью порыва, либо здраво всё обдумав. И Настя очень боялась, что если сейчас остановится, то потраченное на размышление время разобьёт её решимость.
А этого она допустить не могла.
— Ром, — уже куда спокойнее и тише произнесла она. — Давай встретимся. Сейчас.
— Хорошо. Приезжай в фирму…
— Нет!
— Окей, — быстро сориентировался её брат. — Тогда у меня.
— У тебя, поняла, — тут же согласилась она.
— Хорошо. Тогда буду ждать тебя в семь.
Выключив звонок, Настя позволила себе ещё пару минут посидеть, после чего встала и пошла обратно наверх. Зашла в гардероб и, подобрав с пола сумку, перевернула её, высыпав всё содержимое обратно на пол. Вместо этого пошла в ванную, закинула внутрь косметичку и зубную щётку в футляре, которая хранилась на случай каких-либо поездок, и закрыла молнию.
Через пятнадцать минут, прихватив с собой все свои документы, Анастасия Лазарева вышла из квартиры, оставив ключи лежать на полочке у двери. Возвращаться сюда она более не планировала в любом случае.
Дверь закрылась и щёлкнула, окончательно отрезая ей путь назад.
Эх, хочется, конечно, опять сказать, что красиво жить не запретишь, но… как-то эта фраза уже меня самого немного подбешивает. Ну не запретишь. И что? Чтобы жить красиво, надо работать, а не причитать.
Но всё равно, сидя в неприлично удобном кожаном кресле в салоне частного реактивного бизнес-джета… честно говоря, даже первым классом летать уже не хочется. Эх, верно говорят, что все познаётся в сравнении. Тут даже пахло иначе, чем на обычных рейсовых самолётах. Роскошью и дороговизной.
— Ты прочитал те материалы, что я тебе прислал? — поинтересовался сидящий напротив меня Молотов.
— Да. Всё, что вы прислали, — с самым серьёзным видом кивнул я и сжал пальцы правой руки в кулак.
Затем разжал и сжал снова. И ещё пару раз.
Как и обещал Лар, чувствительность и подвижность постепенно возвращались. Как если бы я её отлежал и теперь постепенно ощущал, как вызванное перекрытым кровотоком онемение проходило. Не то чтобы процесс приятный, но факт, что дело шло на поправку, не мог не радовать. Впрочем, пока ещё пальцы ощущались будто деревянные. Надеюсь, к тому моменту, когда надо будет усердно браться за работу, это пройдёт.
Кстати, возвращаясь к делу — домашнюю работу я всегда делал хорошо.
Разумеется, Молотов озаботился тем, чтобы я достаточно хорошо понимал, куда именно мы летим. И сделал так, чтобы это представление у меня было максимально полным. Конечно же, чтобы постичь всю глубину той выгребной ямы, куда сейчас летел наш самолёт, разрезая небо своими крыльями, этого было недостаточно, но уж как есть.
