– Да? – спросил Антибиотик. – Ну и Бог с ним. Есть, в конце концов, и другие методы.
Сергей почувствовал, как взмокла рубашка на спине, а Виктор Палыч вернулся в основное русло беседы так же легко, как и отклонился от него:
– У меня, Сережа, на тебя особые надежды. Людей вокруг мало, одни кретины. Работать не с кем. Оттого и бардак в стране. Ты что, думаешь, в том беспределе, который сейчас по России гуляет, я виноват или Степаныч с Мухой?! Хуй в стакан! – Антибиотик вдруг разволновался, как будто заговорил о чем-то таком, что очень его трогало. – Это все от гнили наверху идет, от сытых толстых пидоров, которые никогда не знали, что такое – жить плохо и бедно. А я, Сережа, сам из сирот. Я жизнь знаю, людей… Придет время – и мы займем достойные места в городе… и не только в нем. Чем мы хуже этих толстых козлов, которые по телевизору учат жить народ? Конечно, это время придет не завтра, но готовиться к нему надо загодя…
Сергей мысленно присвистнул: «Масштабно мыслит Палыч… Если его не остановить, он ведь, пожалуй, может…»
Виктор Палыч пожевал губами и неохотно вернулся из грандиозного будущего к насущным проблемам:
– Ладно, Сережа… Обо всем этом у нас еще будет время поговорить. А сейчас – настраивайся на банк «Отечество» и девушку Лену. У нас сегодня пятница – значит, в понедельник Карл Фридрихович познакомит тебя с операционисткой 007. Ты – адвокат, юрисконсульт банка. Она будет тебя консультировать и вводить в курс дела, чтобы ты с «низов» посмотрел слабые места в банковских операциях для предупреждения возможных исков от клиентов. Прикрытие отличное, а дальше не теряйся. Не растеряешься?
– Постараюсь. – Сергей кивнул и встал, поняв, что беседа закончена.
– Давай, сынок. Я в тебя верю, ты удачу с собой носишь… – Антибиотик под руку проводил Челищева до двери, что означало высшую степень расположения.
Выйдя из кабинета, Сергей сел в свой джип и рванул к набережной. Покрутившись вокруг Финляндского вокзала и убедившись, что «хвоста» за ним нет, Челищев переехал Литейный мост, свернул у Большого дома налево, припарковал машину напротив следственного управления и проходными дворами выскочил на улицу Чайковского. Постоянно оглядываясь, он с трудом нашел работающий телефон-автомат и набрал номер Степы Маркова. Трубку на другом конце снял, однако, кто-то другой.
– Слушаю!
– Маркова позовите, пожалуйста.
– Маркова… Он отошел ненадолго… У вас что-нибудь срочное?
– Да.
– Хорошо, сейчас я его поищу. – Трубку в Большом доме положили на стол.
«Курить, наверное, выскочил», – подумал Сергей.
Весь пятнадцатый отдел – почти тридцать оперов – сидел «друг у друга на головах» в одном сорокаметровом кабинете. Поскольку стол начальника отдела, подполковника Кудасова, стоял тут же, у окна, в кабинете не курили, выходили в коридор. Кудасов, спавший по пять часов в сутки, почему-то был убежден, что самый большой вред здоровью наносит табачный дым.
– Слушаю, Марков, – раздался в телефонной трубке голос Степы.
Челищев откашлялся и быстро заговорил:
– Степа, здравствуй, это Сергей. Я думаю, ты меня узнал. Ты, конечно, можешь бросить трубку, но у меня есть конкретное серьезное предложение. Оно может заинтересовать тебя.
– Какое предложение? – Степа был сух и деловит, никакого намека на неофициальную доверительность.
– Это – не телефонный разговор. Ты можешь прямо сейчас выйти на наше старое место? – Когда-то Степа и Сергей встречались у книжных развалов на Финляндском вокзале. Сколько жизней назад это было?
– Нет, – твердо сказал Марков. – То место не подходит.
– Хорошо, – согласился Сергей. – Назови сам. Я даю тебе слово, что с моей стороны никаких неприятных сюрпризов не будет.
Степа помолчал секунд десять, размышляя, потом ответил:
– Через пятнадцать минут у «вождя». – И, не дожидаясь ответа и не прощаясь, повесил трубку.
Челищев усмехнулся: место у памятника Ленину на Финляндском Степа выбрал не случайно – там все хорошо просматривалось со всех сторон. Марков не доверял Сергею и не скрывал этого. Челищев быстрым шагом направился к Литейному, прыгнул в троллейбус, переехал мост, вышел, проверился еще раз и направился к месту встречи. Удивительно, но Степа приехал к «вождю» раньше – видимо, его кто-то подкинул на машине. Марков прогуливался вокруг памятника, глубоко засунув руки в карманы кожаной куртки.
– Здорово, Степа!
– Привет! – Марков рук из карманов не вынул, поэтому Сергей, сделав было движение правой рукой навстречу Степе, скруглил его и полез в карман за сигаретами.
– Как живешь, Степа?
– Нормально. А у тебя, Челищев, «мальчики кровавые в глазах» не стоят еще?
Сергей опустил голову – оперативная информация доходила до Маркова четко, ничего не скажешь…
– Не стоят. – Челищев катнул желваками на скулах, подавляя вспыхнувшее раздражение, и, стараясь говорить спокойно, посмотрел Степе в глаза: – Я хочу тебе предложить один интересный вариант… – Он замялся, и Марков нетерпеливо переступил с ноги на ногу:
– Если хочешь – предлагай, не тяни. У меня дел полно.
Челищев вздохнул глубоко и затоптал окурок.
– Степа, ты гарантируешь, что сейчас меня не «пишешь»?
