— Ловите на лету.
— Документы нужны?
— Да, всё нужно. Можете посчитать, чтобы мы не стояли у Вас над душой, а Вы всё спокойно оформляли.
Мы написали записку для экипажа, чтобы они не удивились, когда к ним прибудет такой большой груз оружия, после чего я заплатил девятнадцать тысяч шестьсот двадцать рублей, получил квитанцию об оплате и тысячу раз спасибо от счастливого продавца. Видимо, его зарплата зависела от продаж
Мы вышли на улицу, чтобы не путаться у парня под ногами и де Жерс закурил.
— А что вообще нужно для нашей диверсионной армии?
— Солдаты, само собой.
Я подумал над его словами.
— Есть два варианта. Вариант номер один. В Кустовом полно бездельников, у которых руки чешутся повоевать, тем более, что многие участвовали в тех или иных боевых действиях в Степи.
— Она никогда не была спокойной?
— Она? Я не помню периода, чтобы в мире не горела пламенем война примерно от начала времён. Так что Степь тут не причём, такова природа людей. Но, вернёмся к рекрутам. Есть возможность нанять наёмников низкого качества.
— Сколько можем и сколько нужно?
— Как обычно, чем больше, тем лучше.
— Чем больше войско, тем ниже эффективность в расчёте на одну душу. Военная народная мудрость.
— Буду знать. У меня нет представления о военном потенциале противника, но вторглась к нам группа в две с половиной или около того конников.
— А пополнение?
— Пёс его знает. Не исключено.
— Нам нужны пять сотен диверсантов. Итак, наёмники?
— Есть ещё местные. После того как ногайцы станут громить деревеньки местных жителей, а они уже начали, местные захотят им отплатить.
— А кто у нас местные? — он присел на лавку, я присоединился к нему.
— В каганате проживают три основные нацгруппы. Алтайцы местные, они охотники и люди спокойные. Потом пришлые, несколько сотен лет назад, степняки. Но те откочевали вслед за каганом и воеводой, они не в счёт. И есть чалдоны, крестьяне, рыбаки и охотники. Тоже будут злы на ногайцев.
— Меня устраивают и такие бойцы, и такие. Причём я бы их обучал отдельно. Местные будут куда более эффективны в лесах, они знают местность. А наёмников можно использовать против крупных соединений, но без особой надежды, что они смогут адекватно вести себя в лесу.
— Хотите позавтракать? Я тут знаю неплохое заведение, кушал там со своим дядюшкой.
— Я старый солдат. Ну, как я могу отказаться от халявного угощения? Ведите, показывайте.
Нанятый мной на весь день экипаж стоял наготове, так что скоро мы отправились покорять местные предприятия общественного питания.
— А если сформировать смешанные подразделения? — предложил я на пути в ресторан.
— Теоретически это должно совместить сильные стороны наемников и знания местных. Но на практике идея дрянь. У них разная мотивация, разная культура, разная модель поведения. Вместо сплочённого единой целью соединения мы получим конфликты и военно-полевые суды с постоянно работающей виселицей.
— Ого, да Вы психолог, мсье Анри!
— Я не боевой офицер, но и не штабная крыса, — с достоинством выдал де Жерс. — И много лет я служил в учебной части, учил пехотных капралов и сержантов, учил артиллеристов, сапёров. Меня несколько раз перекидывали, переводили. Словом, я насмотрелся на солдат. Командовать боевыми действиями для меня будет внове.
— Давайте сразу проведём линии разграничения. Основной воевода у нас атаман Дмитрий Чуй.
— Старый?
— Нет, довольно молодой.
— Ничего, я найду общий язык, мне доводилось служить под началом молодых и ретивых. Но у него казаки, у меня франтирёры.
— Новое для меня слово. Да, я думаю, что каждый ведет своё направление, так будет проще.
— Штаб из двух офицеров? Недурно.
— Итак, ищем наёмников!
— Вам нужен вербовочный пункт, мсьё. Казаки нуждаются в пополнении?
— Думаю, да. И думаю, что смогу развернуть такой пункт на найм в казаки и в эти Ваши франтирёры.
— Уи. А когда появятся местные, буду обучать и их. Пять учебных рот, всего за пару недель они смогут держать винтовку и стрелять по команде.
Мы зашли в ресторан «Эрмитаж» и это первый раз, чтобы я был тут не по работе или без попыток объегорить своего совершенно неблизкого «родственника» Вьюрковского.
Мы сели за дальний, уютный и обособленный столик, к нам подошла молоденькая симпатичная официантка.
— Меня зовут Марина, я сегодня буду вашим официантом.
— Марина, а есть сегодня Закир?
— Да, — после растерянной секундной паузы ответила она.
— А могу я, как клиент, выбрать официанта, который будет меня обслуживать?
— Да, — явно преодолевая некоторое сопротивление, с еле заметным разочарованием ответила девушка.
— Простите, если такое Вас обидело…
— Уи, Вы красивый девушка, лучший на свете! — встрепенулся галантный де Жерс.
— Просто я рассказывал своему другу про Закира, — говоря это, я поманил девушку пальцем и незаметным жестом положил ей в руку сложенную вчетверо купюру в пятьдесят рублей.
