У меня всегда была отличная реакция, поэтому через секунды мы неслись уже вместе. Сразу за нами захлопнулась дверь. Родди вдел в дверные петли кинжал и прижался плечом. С другой стороны тут же поддержала я.
Обычно неспешный Пуф, сейчас споро навешивал на дверь укрепляющие блокираторы. Что позволило Родди освободить свой любимый кинжал и тут же ловко спрятать его в складках одежды.
— Родерик Торш, — вежливо кивнул он головой, представляясь.
— Бежим, — дернула его я, что за привычка придерживаться традиций, даже когда это не уместно.
— Финли Молния, — ответил, опять набирая скорость, журналист, с воодушевлением наблюдавший за баррикадированием двери, — предупреждаю сразу — на бал беру только девушку! Предвкушаю какой мы произведем фурор…
Тот, жалеющий, что это не чистая правда, и с грустью проводивший нас глазами до двери с Поисковиком, приготовился отправлять Экзитер на улицу.
Дверь дрожала под слаженными ударами озверевших противников. Блокираторы держались последние секунды, когда мы влетели в комнаты, захлопнули дверь и прижались к ней изнутри.
Пока мы старались восстановить дыхание. В коридоре послышался и тут же затих топот ищущих нас конкурентов.
— А мне все нравится, — заявил с удовольствием разглядывающий мой расстегнутый ворот улыбающийся Финли, — правильно понимаю, вы тоже из олимпиадной команды? Готовы ли дать историческое интервью лучшему перу страны?
— А можно немного попозже? — осторожно спросил Родди, — а то вдруг они вернутся в библиотеку проверить этаж. Нам сейчас нужно буквально несколько минут, чтобы сделать запрос и узнать нужную информацию. А потом мы удалимся в тихое место, и вы расспросите нас, а мы вас.
План был принят единогласно.
К большой белой книге, расположенной на постаменте в центре пустой, идеально чистой комнаты, мы подошли все вместе.
И Пуф точными движениями привыкшего к черчению человека перенес один из описанных Достом знаков на поисковую страницу.
Книга засияла. И… все.
Но сияние не прекратилось.
— Да быстрее же, — нетерпеливо взмолилась я, одновременно застегивая пуговички блузы.
Внезапно дверь в комнату Поисковика засияла, на окна упали металлические ставни. Где-то вдали зазвенел сигнал тревоги.
— Ой, — сказала я.
— .... сказал Финли.
И в светящуюся дверь, теперь ясно, что начавшую работать как портал, одна за другой пошли впрыгивать фигуры людей в полной магической амуниции.
Лица закрывали маски, а одежда представляла собой единую артефактную броню с множеством устрашающих, и, скорее всего, боевых приспособлений.
— Служба безопасности Конклава Магов! Всем стоять, не двигаться! Любое движение или звук принимается за атакующее действие и ведет к уничтожению носителя!
Мы замерли. Летающая над нами до сих пор Дора замерла и грохнулась на пол.
Эти ребята были легендарными, невидимыми и неслышимыми. И вот только что они среагировали на наш простенький запрос по следу пропавшей крышечки от фляжки.
— Ай-яй-яй, — раздался мягкий низкий голос, — Родерик Торш, приличная семья. Не ожидал, не ожидал. А это Финли Молния собственной персоной. Вот это, пожалуй, для меня не неожиданность.
От такой вопиющей несправедливости Финли покраснел до алого, но с места не сдвинулся, и слова не сказал. Не дурак.
От двери шел, как плыл, сухопарый смуглый мужчина в белом снаряжении. Государственный инквизитор.
— А вот остальных не имею честь знать. Откуда же у нас тут такая красотка, стар становлюсь, такие кадры пропускать начал. Девушка, вы кто? Можете говорить, но двигаться или крутить головой, я бы вам не советовал.
Проглотив нежданно появившуюся слюну, я представилась:
— Ерок. Мари Ерок. Первый курс Юридической Школы Лоусона. Здесь в составе олимпиадной команды школы расследуем кражу крышки.
Если дают говорить, лучше сказать побольше, хотя бы часть вопросов это может снять.
— Крышки, какая прелесть! Что ж, у вас всех, включая и вот этого пухленького еще неизвестного мне молодого человека, появляется прекрасная возможность рассказать мне все в деталях, так сказать, в более благоустроенном для этого месте, в подвале Службы безопасности.
— Твою мать, совсем ох… на… пере…
В портальном свечении появился мой старый знакомый. Государственный следователь столичного Лоусона — мистер Дудль. Был он в халате с одной намыленной щекой.
— Рольф! Что у тебя происходит?! В какие небеса закинуть твою скользкую задницу, чтобы ты больше не вытаскивал меня без предупреждения?
Дудль грозно оглядел всех присутствующих. И остановил взгляд сначала на мне, потом на Родерике.
— А что мои студенты тут делают? Мари, опять ты во что-то влезла, любопытное ты чудо.
— Мы все расскажем! — честно сообщила я. Остальные молчали, потому что им слово не давали, а угрозы уничтожения никто не отменял, — мы ищем предмет, крышку, украденную сегодня ночью у олимпиадного судьи Доста. Крышка сияла знаками, которые мы ввели в запрос Поисковика.
— Забытые боги, — прошептал мистер Дудль, заглянув в книгу. — Это же навершие жезла Варрана. Надо немедленно закрыть город.
