— я серьезно! У меня есть помещение, правда, не в этом районе, а на окраине, немного далековато от центра, но райончик спокойный, жилой.
— откуда?
— отец подарил на 20-летие, думал, я открою свой интернет магазин, но у меня другие планы на жизнь! — засмеялся парень, — там раньше была забегаловка, плита и раковина есть, но думаю, можно все новое приобрести. Я мог бы быть с тобой в доле. Помещение мое, булки твои, расходы и прибыль пополам! Ну как? Согласна?
— блииин… мне надо подумать… надо с братом обговорить..
Предложение Ильи было заманчивым и я, не долго думая, отправилась к брату.
Обсудив все, он не был против. Расписал все, что нужно было сделать. Посчитали расходы. Тони подготовил договор, который мы с Ильей подписали и зарегистрировали. Теперь мы были предпринимателями и партнерами.
Сделали ремонт, обзавелись новым оборудованием, купили стеллажи и повесили вывеску «Адвокатская булочка». Открылись мы к новому году. От посетителей не было отбоя. Мои булочки, рулетики и пироги раскупались, не успевши остыть.
Бизнес шел в гору, прибыль росла. Мы покрыли все расходы, затраченные для открытия. Я дистанционно проходила курсы за курсами по кулинарии, пекарскому делу, но мне на них ничего нового не открыли, я и так все это уже знала. Мне нужны были лишь сертификаты о прохождении обучения. Появились постоянные клиенты.
Я закончила наконец-то университет. Подарила в рамочке свой красный диплом папе и вздохнула полной грудью.
Часть 4.
"Выбрав дорогу, чтобы уйти от судьбы,
мы именно там её и встречаем."
М/ф Кунг-фу Панда
— Прошло два года. ~
Я была счастлива. У меня было свое дело, своя булочная, которая пользовалась большой популярностью не только у жителей района, но и за пределами. Илья предложил ввести доставку, его идея мне понравилась, но у нас не хватало людей. Одна я уже не справлялась, и мы наняли работницу в помощь, которая будет стоять на кассе. Илье она сразу приглянулась. Молоденькая девушка 20ти лет с формами и без всяких замашек, из простой семьи, Катя. Илья Кате тоже нравился, это было видно по ее красным щекам, когда он только заходил в булочную. Ее смущала разница между ними в пять лет, но я рассказала ей свою историю, о том, что можно любить человека и на пять, и на семь лет старше, а на то, что все заканчивается разница в возрасте совершенно не влияет.
И сегодня Илья все-таки решился пригласить ее на свидание. Я с удовольствием отпустила девушку раньше с работы. Сама встала за кассу. Люди приходили и очень мило со мной общались. Была одна женщина, постоянная моя посетительница, она с самого открытия всегда раза два в неделю приходила и покупала адвокатскую булочку.
Только она была сделана в форме сердца на основе овсяной муки. Я не могла изменить ее название, это было как дань прошлому, прошлой любви к мужчине адвокату, которому нравилась овсянка во всех ее видах и который любил мои булочки….
Первое время женщина приходила одна, потом с внучкой. Девчушка была очень милой и всегда мне улыбалась.
Ее звали Лиза, но я ее звала Лиз, она откликалась. Мое же имя она по началу не могла выговорить, а потом так и привыкла, я была просто Эл. Бабушку звали Дора. С каждым разом, когда Лиз приходила с бабушкой ко мне в булочную, я испытывала счастье, как будто солнышко грело меня изнутри. Мы всегда обнимались, когда здоровались.
Но сегодня в этот хмурый ноябрьский день Лиз вместе с бабушкой зашли в булочную в черных одеяниях и с заплаканными глазами.
— здравствуй, Эли… — поздоровалась Дора,
— здравствуйте, что-то случилось? — с искренним беспокойством интересовалась я у женщины, обходя прилавок и как всегда при наших с Лиз встречах, присаживалась на коленки для объятий,
— маму Лизы сегодня похоронили… — ответила женщина,
— о боже! Лиз… — я посмотрела на девочку трех лет, и у меня сердце разорвалось от ее заплаканного взгляда.
Лиз подбежала ко мне и обняла своими маленькими ручонками мою шею, тихо заплакала. Я поднялась и села на стул вместе с ребенком.
— моя маленькая… крошка…поплачь… пусть…сегодня можно…
Дора села на соседний стул рядом с нами.
— мне кажется, она еще не понимает, что матери больше нет…
— но как так вышло?
— мона поисовать? — спросила меня Лиз на ухо, она плохо выговаривала некоторые буквы, и слова получались неправильными, но я почему-то всегда понимала, что она хочет сказать,
— конечно, мой ангелочек, можно, ты знаешь, где что — я стерла слезы с ее щек и, предварительно поцеловав в каждую из них, отпустила девочку,
— она и матерью то ей не была…
— не понимаю… Ваша дочь?
— это долгая история, дочка..
Я встала с места, подошла к двери и перевернула вывеску на «закрыто».
— вы куда-то торопитесь? Может, горячего чая и булочку?
— хорошо… — женщина улыбнулась.
Я приготовила чай и положила на блюдце сдобу.
Дора начала свой рассказ.
— в моей жизни были страдания, но не было даже доли из тех страданий, которые обрушились на жизнь моего сына. Я была счастливой женщиной, любимой женой, дорогой мамой. У меня кстати муж был адвокат.
«Может, поэтому она выбирала всегда только эту булку? Из-за названия?»
