Он — богатый, циничный, взрослый мужчина. С женщинами заводит отношения, предлагая им контракт и определенные условия.Она — молодая девушка, хирург, спасает ему жизнь дважды. И когда он предлагает ей контракт, она…
— Так что ищи себе отрицательного мужика, Оль, — Анфиса методично покрывала гладкую бумажную поверхность мелким, убористым почерком. Уже два листа исписала, а все никак не могла остановиться, — одной проблемой меньше будет.
— Они все отрицательные, — проворчала Ольга, сползая с кресла. — Был бы мой резус-фактор самой большой проблемой, и проблемы бы не было.
— Это точно, — со вздохом кивнула Анфиска, врач-гинеколог репродуктивного центра, в котором Ольга стояла на учете. — И я не перестану повторять, что в твоем случае идеальным выходом будет ЭКО.
Она в каждое ее посещение это говорила, и Ольга каждый раз отвечала одно и то же.
— Нет, Анфис, я пока не готова.
— И как ты готовиться собираешься? — ехидно поинтересовалась Анфиска. — Тридцатник на носу, не девочка уже, чтобы под Ассоль косить.
— Но не от первого встречного же!
— А почему нет? Лишь бы у этого встречного была хорошая генетика. Бери любого мало-мальски подходящего и тащи сюда в репродуктивный центр.
— У ребенка должен быть отец.
— Я тебя умоляю! Вон у моих он есть, а толку? Сама кручусь, на трех работах вкалываю, а Витьке чихать на все с высокой горки.
Это была правда. Пока Анфиса умудрялась вести прием в трех разных клиниках, чтобы поднять двоих детей, ее муж Витя жил, абсолютно не напрягаясь. И это еще Анфиска не знала про бесконечных любовниц! А может и знала, но Оля в любом случае не собиралась ее посвящать в интимную жизнь собственного мужа.
— Я тебе так скажу, если есть кто на примете, не щелкай рубильником. Бери за причинные места и тащи к нам. Мы его бегом от сперматозоидов отделим, опомниться не успеешь, как возле песочницы с другими мамками будешь цвет детских какашек обсуждать.
— Но при аутоимунном бесплодии есть вероятность зачатия естественным путем, ты сама говорила, — продолжила сопротивление Оля, впрочем, довольно вялое. Сопротивляться напору Анфисы было непросто.
Однако от одной лишь мысли о редукции эмбрионов, неизбежной при ЭКО, становилось муторно и тошно. Особенно убивало, как рутинно и буднично отзываются об этой процедуре сами репродуктологи. А ведь, по сути, за холодным медицинским термином цинично скрывается самая что ни на есть настоящая отбраковка.
Оля сама врач, но одно дело грыжу удалить ненужную, и совсем другое — хладнокровно распорядиться, кто из прижившихся внутри малышей останется жить, а кто отправится на помойку.
Сразу же вспоминалась младшая сестра Данка и племянники. Фантастическая двойня — Никитка и Настя. И у Ольги внутри все леденело, стоило представить, что можно было кого-то из них двоих «редуцировать».
— Есть, — кивнула Анфиса, — если у нашего осеменителя-натурала сперматозоиды будут в Пандорских защитных скафандрах. Чтобы твои антиспермальные тела не смогли их обездвижить.
Оля вспомнила, как выглядят Пандорские скафандры, и вздохнула. Фильм «Аватар»[1] она смотрела не один раз, но от этого фантастикой он быть не перестал. А последнее обследование показало, что уровень антиспермальных тел, которые синтезировала ее имунная система, и не думал падать. Мало того, он даже слегка подрос.
— Ты знаешь о моем отношении к ЭКО, — глядя в стенку сказала Оля. Но Анфиса не собиралась сдаваться.
— Ладно, фиг с ним, с ЭКО, а чем тебе не подходит внутриматочная инсеминация[2]? Берем мужика, берем шприц, и вуаля, — Анфиска хлопнула в ладоши и развела их в стороны, — через девять месяцев пожалуйте в роддом!
Оля представила себе, как предлагает воображаемому мужчине пройти подобную процедуру, и содрогнулась. Особенно, когда поняла, кого вообразила. Попутно в сотый раз упрекнув себя, что снова забыла поискать в архивной истории болезни, какая у него группа крови.
— Так что мой тебе совет: ищи отрицательного мужика и дуй к нам, — повторила Анфиса и строго взглянула поверх очков. — Бегом!
Ольга кисло улыбнулась и поспешила проститься.
Выйдя из здания центра, Оля сразу направилась в кофейню за угол запивать свое горе вкусным кофе и заедать «Наполеоном». Она перепробовала любимый торт, наверное, во всех кофейнях города, но здесь его готовили просто божественно.
Когда официант принес заказ, Ольга несколько раз с удовольствием втянула кофейный аромат, а затем от души поблагодарила мироздание за то, что кофейня вместе с репродуктивным центром находится на другом конце города.
Слишком хорошо она усвоила курс биохимии о быстрых углеводах. А особенно то, как молниеносно они откладываются в подкожный жир на животе и боках.
Но раз в пару месяцев побаловать себя можно, тут совесть могла взывать сколько угодно — после посещений репродуктивного центра Оля оставалась к ней глуха и слепа. Самое подходящее состояние для размышлений.
У нее не было оснований сомневаться в Анфискиной компетенции — доктор с красноречивой фамилией Траханкова была достаточно известным и уважаемым в городе специалистом. И заслуженно гордилась своим опытом, квалификацией и фамилией.
