Яркий, почти белый свет падал между выставленными на витрине товарами на мокрую от дождя мостовую. Фели увидела картонную фигуру в виде смеющейся женщины, которая радовалась действию крема от грибка ногтей, рядом со стойкой с желудочными каплями. А между ними наискосок, на некотором расстоянии в зале — Ливио.
Он склонился через прилавок к молоденькой аптекарше с короткими волосами и показывал ей телефон.
Как уличный торговец, презентовал ей свой товар. Улыбаясь и жестикулируя.
Аптекарша с сожалением помотала головой, и Ливио убрал телефон в карман. Видимо, он только что пытался продать его. Единственное, что Фели услышала, заходя через электрические двери внутрь, было: «То, что вы хотите, продается только по рецепту».
— Вызовите полицию! — крикнула Фели.
— Что?
— Простите?
Аптекарша и Ливио уставились на нее. Другие покупатели — шмыгающий носом мужчина и пожилая пара с роллатором — обернулись и с удивлением посмотрели на нее.
— Этот мужчина украл у меня телефон, — сказала она женщине за стойкой и указала на Ливио.
— Украл? — Ливио надул щеки, как рыба иглобрюх. — Это ложь.
— А что вы только что сунули в карман брюк?
— Вы это имеете в виду? — Ливио вытащил ее телефон.
— Видите, вы даже признаете это.
— Нет, не признаю. Я только что нашел его в сточной канаве.
Аптекарша нахмурилась, и Фели покрутила пальцем у виска.
— Да вы сами в это не верите. Вы хотели продать его здесь за бесценок.
— Послушайте, пожалуйста… — Ливио протянул к ней руку, а аптекарша спросила, удивленно подняв брови:
— Мне правда позвонить в полицию?
— Нет! — выкрикнул Ливио, потом обратился к Фели: — Пожалуйста, подумайте сами. Если бы украл его, то давно бы уже смылся отсюда? А не стоял бы в этой аптеке? Я не знал, что он принадлежит вам, клянусь.
— Он предлагал вам купить его? — спросила Фели аптекаршу.
— Не напрямую, — замялась та. — Он только спросил, не знаю ли я кого-нибудь, кого бы это могло заинтересовать?
Ливио со смехом ударил в ладоши.
— Это недоразумение. Я хотел узнать, не сообщал ли кто-то из клиентов о том, что потерял телефон. — Он улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой, но Фели все так же сомневалась.
— Я уверена, если спрошу полицию, у них будет что-нибудь на вас, верно?
Улыбка Ливио исчезла, и Фели торжествующе кивнула.
— Что, попала в точку? Можете рассказывать мне что угодно. Знаете, я сейчас наберу 110, и тогда посмотрим, что полицейские скажут насчет вашей версии с находкой.
— Пожалуйста, не делайте этого.
Ливио подошел к ней вплотную и огляделся. Убедившись, что его никто не слушает, он навязчиво зашептал:
— Вы правы. У меня хватает проблем. Пожалуйста, вот ваш телефон. Позвольте мне уйти.
— Почему это? — фыркнула Фели. — Чтобы вы на ближайшем углу обокрали кого-то другого?
Она набрала 110 в своем телефоне и отвернулась от Ливио.
— Потому что я могу вам помочь, — услышала она за спиной его шепот до того, как успела нажать на зеленую кнопку вызова.
Она оглянулась на него через плечо.
— Вы о чем?
— Фото, которое вы только что показали Сольвейг! — Ливио кивнул на ее сотовый. — Пожалуйста, не вмешивайте полицию, и я скажу вам, кто это и где вы найдете этого таксиста.
Матс нашел Кайю в зоне ресепшен для пассажиров первого класса на нижнем этаже — первое, что видели состоятельные пассажиры, когда поднимались в самолет по специально выделенному для них трапу. За исключением сводчатых стен, ничего здесь не напоминало о самолете. Все действительно выглядело как ресепшен суперсовременного бутик-отеля с полукруглой кожаной лаунж-мебелью, которая идеально гармонировала с кремовым ковром. И изогнутым торшером, какой ожидаешь увидеть, скорее, в гостиной.
Лобби, находившееся между кабиной пилота и креслами первого класса, в настоящий момент пустовало. Когда Матс спустился по винтовой лестнице, Кайя стояла одна перед перламутровым сервантом и наливала шампанское в бокал на серебряном подносе.
Матс мог бы воспользоваться и стеклянным лифтом рядом с туалетами, который, вероятно, был предназначен для пассажиров с ограниченными возможностями. Среди немногих, которые могли позволить себе трехкомнатную «виллу» на верхнем этаже, наверняка были люди постарше и менее спортивные, чем он.
— Кайя? — тихо позвал Матс, но она так сильно вздрогнула, что пролила немного шампанского. — Простите, я не хотел вас пугать.
Вообще-то он хотел, нет, должен был поговорить с ней о видео Фабера.
Съемка была настолько щекотливой, что даже он был шокирован до глубины души. Все, что он до сих пор знал о Кайе — по крайней мере, думал, что знает, — явилось ему теперь в новом, загадочном свете.
— Ничего страшного. — Кайя неестественно улыбнулась и огляделась.
Матс догадывался, что ее мало интересовало, видел ли кто-нибудь ее неуклюжесть.
Она боялась оставаться с ним наедине.
— Мне распорядиться, чтобы унесли еду и подготовили для вас постель? — спросила она, вытирая поднос тканевой салфеткой.
— Я пришел не из-за этого.
Она наполнила бокал и помотала головой.
