С тусклой подсветкой он разглядел под сиденьем лишь завалившиеся туда газеты, соломинку и прочий туристический мусор. Нигде не было видно сумки или пакета, в котором мог находиться спасательный жилет.
— Я могу вам помочь?
Матс ударился головой о подлокотник, когда рванулся наверх, услышав знакомый невежливый голос.
Только этого идиота недоставало. Пилот попросил Матса не только держаться подальше от Кайи, но и не устраивать больше никаких «инцидентов». А сейчас он оказался в ногах именно того стюарда, которого несколько часов назад обвинял в нападении.
— Нет, нет, все в порядке, — прошептал Матс и поднялся.
Стюард, казалось, не мог решить, как на него посмотреть — с издевкой, насмешкой или презрением, поэтому менял выражения по очереди.
— Вы что-то ищете?
— Да, э-э. Изначально это было мое место.
— И?.. — В то время как Матс старался не разбудить спящих мать и ребенка, надменный стюард даже не понизил голоса.
— Боюсь, я здесь кое-что забыл.
— И что же?
— По-моему, вас это не касается.
— А по-моему, вы здесь никогда не сидели.
— Нет, но…
— Какие-то проблемы?
Рядом с ним зажглась лампочка для чтения, и Матс посмотрел в усталые глаза Салины. Она беспокойно моргала.
— Вы все-таки хотите на свое место?
— Отлично, — обратился Матс к Валентино. — Вот что вы натворили. — Он нагнулся к Салине: — Нет, нет. Простите, я не хотел вам мешать.
Он бросил на Валентино уничтожающий взгляд, но тот лишь распрощался с улыбкой и оставил Матса в неловком положении одного.
— Проклятье, теперь мы и ребенка разбудили.
Малышка действительно выплюнула соску и потянулась на маминой груди, как кошка, которая приходит в себя после дневного сна. Матс невольно подумал о Неле, которая младенцем всегда спала как ангел, а проснувшись, регулярно заходилась плачем, продолжавшимся несколько минут. Он надеялся, что в этом отношении ребенок отличается от Неле, хотя, как Салина сказала, и страдает от колик. Пока что малышка лишь хныкала.
— Мне ужасно жаль, — повторил он.
— Без проблем, — ответила Салина с выражением, говорившим об обратном.
Она нажала на кнопку на подлокотнике, и сиденье автоматически поднялось в вертикальное положение. Салина прижала ребенка к груди и слегка покачивала вверх-вниз.
— Зуцу все равно пора кормить.
Она отстегнула нагрудный карман блузки, и Матс почтительно посмотрел в сторону. Тут его взгляд упал на маленькую табличку прямо под монитором, встроенным в спинку впереди стоящего кресла.
LIVE VEST.[12]
— Простите, можно?
Теперь, когда сиденье не было разложено, Матс без труда мог открыть отделение под монитором.
— Все в порядке? — удивленно спросила Салина, когда он вытащил красно-желтый жилет и расстегнул ленту-липучку.
— Да, да. У меня до этого кое-что выпало сюда… — солгал Матс и увидел, как от жилета отделился маленький предмет, размером не больше зажигалки «Зиппо».
Матс запихнул жилет обратно, закрыл отделение и пошарил на полу в поисках упавшего предмета.
— Зубная нить? — удивилась Салина, в этот момент Матс и сам увидел, что поднял с ковра.
Действительно. Голубая полупрозрачная пластиковая коробочка с надписью
— Да, э-э. Конечно, было невежливо беспокоить вас из-за этого.
Матс быстро сунул упаковку в карман, и ему показалось, что брюки обвисли под многокилограммовым грузом.
Он мог себе представить, из какого материала состоял нервущийся шнур, намотанный на катушку в невзрачном дозаторе. Острые, как нож, пластиковые волокна, которыми можно задушить человека, но которых не выявить никаким просвечиванием багажа. Кого при предполетном досмотре уже просили почистить зубы нитью?
— Пожалуйста, извините меня, — попрощался Матс с Салиной, радуясь, что малышка не плачет. — Я больше вас не побеспокою.
Салина указала на багажный отсек над креслом.
— Вы не достанете мне сумку с подгузниками? — попросила она, и Матс конечно же помог.
Ему бросился в глаза серебряный металлический чемоданчик, который стоял рядом с льняной сумкой, забитой подгузниками и влажными салфетками. Идея сформировалась из мимолетной мысли.
— Там внутри фотокамера? — спросил он намного взволнованнее, чем хотел.
— Да.
— Выглядит профессионально.
— Ну, я же фотограф. — Она вытащила из внешнего кармана сумки новую соску.
— Цифровая?
Идея принимала все более четкие очертания.
— Да. Но у меня есть и аналоговые аппараты, если вы придаете этому большое значение и когда-нибудь зайдете к нам в фотоателье.
— Нет, то есть да, с удовольствием. Я просто хотел узнать, эта цифровая камера… — Он указал на металлический чемоданчик. — У нее есть функция замедленного воспроизведения?
Салина посмотрела на него еще более удивленно, чем когда он предложил ей свое место.
