Аэрофобия 7А полностью

— Чушь. Ты хотела постепенно уничтожить меня?

Матс оглянулся на штору, которая не шевелилась. Рядом не было никого, чтобы помочь. Он мог рассчитывать только на себя.

— Нет… Я не знаю, — всхлипывала Амели, которая не решалась посмотреть вверх на Кайю.

Матс ей даже поверил. Вероятно, она просто действовала, следуя больным инстинктам своей нарциссической личности, и хотела скрыть знание, дающее ей власть. Наверняка она тогда еще не догадывалась, для чего ей позже может понадобиться это дополнительное средство давления на лабильную «подругу».

— Я такая дура, — вдруг произнесла Кайя спокойным голосом, что еще больше испугало Матса. — Я и правда думала, что это наш совместный план. Но я была лишь твоей марионеткой.

Как и я, — подумал Матс. Он тоже добровольно предложил Амели, или Салине, свое место. Среагировав на старое как мир клише: отчаявшаяся мать с беспомощным младенцем на руках. Она спрятала мнимое «оружие» под собственным сиденьем. И даже если Амели абсолютно точно не могла предвидеть, что он попросит ее помочь с анализом видео и тем самым раскроет ее тайну, это она все время была «кукловодом».

Следующая догадка поразила его, как удар кулаком, хотя в менее опасных для жизни обстоятельствах он догадался бы намного раньше.

Амели и есть тот голос!

Это с ней он говорил все время — возможно, она запиралась в туалете, пока ребенок спал, пристегнутый ремнем к сиденью, или под присмотром какой-нибудь стюардессы. Возможно, даже Кайи, если у той было время.

— Встань! — приказала она Амели.

— Пожалуйста, не надо!

— Что такое? — цинично спросила Кайя. — Ты же хотела, чтобы все выглядело реально. Поэтому ты и показала Крюгеру полное видео. У меня по-настоящему должен был случиться рецидив.

Кайя посмотрела на Матса ледяным взглядом.

— Ну, тебе это удалось, Амели. Только с тем не повезло, что я и правда заполучила оружие.

Жертва Кайи подняла голову.

— Пожалуйста, помогите мне! — Амели протянула руку к Матсу. Подняла верхнюю часть туловища, приоткрывая ребенка.

Матс отреагировал инстинктивно. Он схватил младенца за тоненькие ручки. Рванул к себе. От матери. В собственные руки.

— Шлюха, — услышал он голос Кайи, а потом все было кончено. Отдачей из руки Кайи едва не выбило пистолет, но только едва.

— Н-е-е-е-т! — закричал Матс, прижав ребенка к груди и отшатнувшись от его матери; в ушах все еще звучал выстрел.

— Господи, — простонал он и посмотрел на пол.

Из черного пулевого отверстия между глаз Амели сочилась кровь.

— Не двигаться! — закричала Кайя, и Матс не сразу понял, что это обращено не к нему, а к Валентино, который после выстрела снова появился в лобби перед бизнес-классом.

— Убирайся, или мы все рухнем.

Кайя направила пистолет на иллюминатор.

— Спокойно, спокойно, — сказал Матс, который не знал, что случится, если Кайя выстрелит. В фильмах в таких случаях всех людей, находящихся поблизости, засасывает наружу из-за разницы давлений. Но он понятия не имел, так ли это, и ни в коем случае не хотел выяснять.

Матс медленно подошел к Валентино, который как парализованный смотрел на застреленную женщину на полу.

— Вы куда?

— Пожалуйста, я лишь хочу отдать ему ребенка.

Матс передал стюарду младенца, который после выстрела вопил во всю глотку.

— Отнесите его в безопасное место, — сказал он Валентино, не зная, есть ли еще такое на борту этого самолета. Затем задернул штору и вернулся к Кайе.

Кайя вспотела, зрачки сузились. Признак исключительного психологического состояния, а возможно, и отравления. Как бы то ни было, ситуация бесповоротно изменилась. Она убила. Сдерживающего страха больше не было, Кайя сделает это опять, и довольно скоро. Если ее не остановить. И он единственный на борту, кто был способен на это. Психиатр, знавший ее израненную душу, как никто другой.

Он опустился на колени. Пощупал пульс Салины — это было бессмысленно, но он должен был что-то делать, чтобы осознать весь ужас. В голове вспыхнула жуткая мысль: Если Салина была «голосом», тогда единственный человек, кто знал о судьбе Неле, теперь мертв!

— Где моя дочь? — спросил он, потому что должен был задать этот вопрос, хотя был уверен, что Кайя ему не солгала.

— Я правда не знаю, — ответила она, и он ей снова поверил.

Матс ненадолго закрыл глаза и внутренне собрался. Затем встал.

— Все кончено, — глухо сказал он, как самому себе, так и убийце Салины. Указал на труп на полу. — Этот человек больше не имеет над вами власти. Можете отложить пистолет.

— Нет.

— Нет?

Он попытался поймать ее взгляд, но она отвела глаза.

Кайя сильно потела, красные пятна покрывали ее бледное лицо, изо рта текла слюна. Отравление давало о себе знать, и Матс в любой момент рассчитывал услышать второй выстрел.

— Вы все еще не понимаете, да? — спросила она его. Игра окончилась, спасения не было. Ни для него, ни для Неле и тем более для Кайи, которая казнила сама себя.

Единственное, что было сейчас в его власти, — это предотвратить еще более масштабную катастрофу.