– Не нужна мне твоя протекция! Я своим умом хочу. И могу.
– Так кто спорит. Работать будешь своим умом. Но работу получишь проверенным способом. Через постель. И протекцию отработаешь, – хмыкнул Семёнов. – План отработки обсудим вечером. Дома.
У меня руки зачесались, так захотелось ему двинуть. Еле сдержалась.
– Семёнов, не беси меня! Мне сейчас не до сарказма!
– Да ладно, Ариша. Я же пошутил, – дал обратный ход парень. – Вообще-то я по делу. На подвале сработала сигналка.
Я сделала большие глаза и выразительно скосила их в сторону стены жилого дома, где находился замаскированный мороком подвал. Сейчас, кстати, там была клумба с облетевшими кустами и печально поникшей травой. Никакого подвала.
Семёнов кивнул.
– Группа подъедет с минуты на минуту. Думаю, нам стоит поприсутствовать.
– Естественно! Хорошо бы поймать эту тварь, пока она ещё кого-нибудь не обнулила.
– Но ты будешь наблюдать за операцией вооооон оттуда, – парень махнул рукой в сторону нашего офиса и больших панорамных окон, которые его украшали.
– Это ещё почему? – возмутилась я. – Я такой же участник опергруппы, как и ты! И тоже хочу в этом участвовать!
– Обойдешься, Афанасьева! Хватит уже трепать мои нервы. Будешь наблюдать издалека и в бронежилете.
– Ага! Ты мне пистолет ещё дай! В целях самообороны.
– Я подумаю об этом, – согласился с моей идеей Семёнов.
Когда подъехали наши, я стояла на максимальном отдалении от эпицентра операции. Но всё-таки не в здании офиса, а на улице, пусть и в бронежилете поверх пальто. Это право я выторговала путём нехитрых женских манипуляций. И, наблюдая за тем, как Захар Матвеевич одним скупым жестом смахивает с подвала морок и туда направляется спецгруппа, по форме напоминающая ощетинившегося автоматами многоногого ежа, думала лишь о том, как буду сгорать от стыда в секс-шопе, покупая всё то, что стребовал с меня Семёнов.
Зачистка подвала заняла не больше трёх минут, по истечении которых на свет божий вытащили сомлевшего от пережитого ужаса щуплого мужичка. На нём был засаленный, местами продранный, местами штопанный ватник, старые серые трико с пузырями на коленях и валенки с калошами.
Захар Матвеевич быстро привёл его в чувство, и он стоял, покачиваясь в крепких объятьях спецназа, обводя нас всех безумным взглядом.
– Главное управление по контролю за соблюдением правовых норм отдельными категориями граждан, подполковник Веденеев Захар Матвеевич, – ведун предъявил трясущемуся злодею удостоверение. – Позвольте ваши документы.
Злодей, на злодея совершенно непохожий, весь скукожился, задёргал носом, отчего ходуном заходила неровная щётка усов, замотал лысой, окантованной седоватым пушком головой.
– Так дома они. Не ношу с собой. В квартире. Но я ничего не делал! Я всё скажу! Не делал я ничего! Ничего такого! Честное слово!
Подозреваемого ещё ни о чём не спросили, а он уже начал путаться в показаниях. Хотя кто знает, как бы я повела себя на его месте. Нет, даже представлять не хочу.
Пономаренко Демьян Антипович ста двадцати семи лет от роду, местный домовой и по совместительству дворник ЖЭКа, пригласил нас в свою скромную двушку для беседы. Точнее, пригласили ведуна, Семёнова и Рината, но я незаметно просочилась следом за коллегами. Спецназ благополучно отбыл, когда выяснилось, что Демьян Антипович опасности не представляет.
Квартира домового сияла чистотой, дышала уютом и умиротворением, пахла пирогами. В небольшой гостиной, где для нас накрыли стол, полстены занимал портрет Демьяна Антиповича и доминантной дамы. Дама была широка, Демьян Антипович смущён и кроток. Картина маслом была исполнена в лучших традициях жанра «портрет по фото на заказ недорого». Противоположную стену украшало изображение той же дамы в парадном платье императрицы Сисси, которое входило в диссонанс со стрижкой «начёс с пёрышками» и стервозным бульдожьим лицом. Зато сразу становилось понятно, кто в доме хозяин.
Супруга Демьяна Антиповича была чистокровным человеком, о чём с гордостью поведал домовой.
Нас усадили за длинный, накрытый клеёнкой поверх скатерти стол, налили чаю и поставили блюдо с пирогами. Пироги были великолепны.
– Демьян Антипович, расскажите, пожалуйста, что вы делали в подвале, – отхлебнув чая, попросил Захар Матвеевич.
– Так. Что я делаю в подвале. Что я в подвале делаю, значица. Кхм… Кхм… – домовой потёр ладони о бёдра. – Ну, так это… Досуг у меня там, в подвале-то.
– Это как? – опешил Ринат.
Мы с Семёновым недоумённо переглянулись. Не знаю, о чём подумали коллеги, но мне почему-то представилось, как домовой водит в подвал девиц лёгкого поведения и развлекается с ними тайком от супруги. На ложе из газет и тряпья. Но всё оказалось гораздо интереснее.
