– Даже не знаю, что сказать. У «Дюпон» работает кое-кто из моих старых друзей, я связался с ними. Выяснилось, что их люди из отдела стратегического планирования за последние двадцать лет несколько раз подступались к «Пенн-мар». Вообще-то их интересы тесно переплетаются. Правда, как раз сейчас они в этом направлении вроде бы не посматривают. Но с другой стороны, если появится конкурент, запросто ввяжутся в игру. – Чеймберс остановился и с трудом перевел дыхание. – У «Дюпон» на балансе три миллиарда наличными, а понадобится – всегда могут одолжить, учитывая их репутацию, никто не откажет. В общем, с моей точки зрения, можно смело предположить, что нашу стартовую цену они спокойно перебьют. Разумеется, слияние «Дюпон» и «Пенн-мар» вызовет серьезные возражения со стороны министерства юстиции в плане антитрестовского законодательства. Что же касается «Хехст», то это темная лошадка. Так быстро, как «Дюпон», деньги им, скорее всего, собрать не удастся. А ведь до официального объявления о тендере в их распоряжении будет только двадцать дней. – Уинтроп собрался было заговорить, но Чеймберс прервал его. – Еще одно. Прошу всех отнестись к этому с должной серьезностью. Когда я вместе с Барксдейлом и Праушем встречался в Южном Национальном с Фэлконом, тот упомянул о загадочных смертях Уэста и Кейса.
Все посмотрели на Уинтропа. Сам факт участия в общем деле Фэлкона настораживал каждого из присутствующих, но никто не хотел связываться с Уинтропом.
– Ну и что? – раздраженно бросил тот.
– Я подумал, как бы он не начал копаться в этих несчастных случаях, глядишь, что-нибудь и разузнает.
– Ну и пусть копается.
– Но...
– Знаешь, малыш, занимался бы ты лучше своим делом. – Уинтроп выдохнул целое облако дыма прямо в лицо Чеймберсу, и тот стал судорожно ловить ртом воздух. – А я займусь своим.
Чеймберс кивнул и потянулся за зелеными таблетками, всегда лежавшими в кармане пиджака. Лицо его от сдерживаемого кашля покраснело. Но в такой момент он не мог позволить себе проявить слабость.
– Что там у нас с деньгами, Уоллес? – Уинтроп повернулся к Борману, который отправлял в рот сандвич с ветчиной.
– Извините. – Борман откашлялся и смущенно улыбнулся. – Длинный у меня нынче день получился – только в половине шестого утра прилетел из Японии и ничего не ел с тех самых пор, как проглотил в самолете какой-то совершенно несъедобный омлет. – Борман вытер рот бумажной салфеткой. – В целом все в порядке. Собственный капитал и акции повышенного риска можем задействовать хоть сейчас. Насчет банковского долга тоже договорились, осталось уточнить несколько деталей с парой токийских банков. А в остальном – не далее как сегодня получены подтверждения из трех американских банков, трех французских и двух японских – каждый готов дать в кредит по три миллиарда. Итого – заем на двадцать четыре миллиарда плюс еще четыре из Южного Национального. А как уладим оставшиеся мелочи с японцами, будем иметь тридцать восемь, что позволит в случае необходимости поднять цену почти до девяноста долларов за акцию. К тому же не дали пока окончательного ответа еще два банка – «Креди Суисс» и «Креди Лион». – Борман помолчал. – Правда, чтобы провернуть дело с такой скоростью, пришлось заплатить банковскими гарантиями, но какое это имеет значение? Все равно после того, как Тернер покончит с этим делом в зале суда, вся компания «Пенн-мар» не будет стоить и цента. – Борман, зажав в ладони недоеденный сандвич, указал на Уинтропа. – Тут следует отдать должное Грэнвиллу. Фэлкон здорово потрудился, чтобы убедить этих ребят в том, что дело стоящее.
Борман явно не хотел повторять ошибки Чеймберса.
Уинтроп одобрительно кивнул и снова пустил струю дыма в сторону Чеймберса. Никто и не подумал сказать о вонючем запахе сигары. Уинтроп был не в духе. Сам садиться за руль он не привык – ездил с шофером, но сегодня из соображений секретности услугами его воспользоваться не мог и в результате, взяв напрокат машину на вокзале Балтимора, сбился с пути по дороге к загородному дому Прескотта.
– А можно еще раз прикинуть, каково будет после всей этой истории финансовое положение Южного Национального? – Теперь пришла очередь Бейли Хендерсона задавать вопросы Борману.
