– Прошу вас, заходите. И сразу в столовую! Там будет удобнее всего поговорить!
Алексей выполнил просьбу-требование матери Ольги. Хозяйка дома подготовилась к приему ночного гостя, закрыв окно столовой плотным одеялом. Так что свет из здания на улицу не пробивался. Хорошая светомаскировка, но сейчас совершенно необязательная. Впрочем, по этому поводу капитан не сказал ни слова. Женщина же старалась сделать все как нужно. Он представился:
– Алексей Поляков, или, если угодно, Алексей Николаевич Поляков.
Мать Ольги кивнула:
– Антонина Васильевна! Вы служили вместе с сыном?
– Да! В Афганистане! Игорь был моим подчиненным.
Женщина задумчиво произнесла:
– Вот откуда мне знакома ваша фамилия, как же, Игорь говорил о вас!
Поляков достал бережно хранимую им фотографию. Протянул хозяйке дома. Та взяла ее. Вздохнула:
– Да! Вижу! Игорек сбоку, вы посередине! Такие молодые!
– К сожалению, не все из тех, кто запечатлен на фото, дожили до окончания той безумной бойни! Эта фотография была сделана перед боем, в котором подразделение понесло очень большие потери.
– Слышала об этом! Мне жаль, и я скорблю.
Она ненадолго замолчала, чтобы через минуту спросить:
– В какую историю попала моя дочь? Она сказала, что все я узнаю от вас!
– Да, так будет лучше!
– Тогда присаживайтесь! Я налью горячего чаю, можете курить! И пожалуйста, не скрывайте от меня ничего!
Алексей отпил из чашки глоток ароматного, с какими-то травами чаю и, закурив, рассказал женщине все, что знал о судьбе ее дочери и о той опасности, что грозит ей и ее близким.
Антонина Васильевна слушала отставного капитана очень внимательно и, только когда он закончил повествование, обхватив голову руками, с болью в голосе произнесла:
– Господи! Этого не может быть!
Поляков спросил:
– Вы мне не верите?
Женщина подняла на него наполнившиеся слезами глаза:
– Извините, я не это имела в виду! Оля, Оля, как же так? И ни слова мне за все эти годы! Почему она не бросила проклятый город и не вернулась домой?
– Это не так просто было сделать. Бандиты умеют крепко держать свои жертвы, а Оля не проститутка, она жертва обстоятельств!
Взгляд хозяйки дома стал более внимательным. Слезы так и не нашли себе выхода. Женщина сумела справиться с эмоциями, вот только каких усилий это ей стоило!..
– Скажите, почему вы приняли участие в ее судьбе? Ведь о том, что Игорь брат Оли, знать не могли. Или узнали каким-то образом?
– Нет, не знал! И дело здесь не в нем! Дело в самой Оле! Встретив ее, я как-то неожиданно и сразу понял, что, несмотря ни на что, в ней живет душа порядочного и несчастного человека. А уж если говорить начистоту, то я… просто полюбил вашу дочь!
– Не обращая внимания на то, что она… проститутка?
– Антонина Васильевна, прошу вас, не называйте дочь этим словом. А лучше разбудите внучку и подготовьтесь, как это говорится у военных, к эвакуации! – Поляков взглянул на часы и добавил: – Сейчас почти полтретьего. В три мы должны покинуть Волочаевск!
Женщина поднялась.
– Хорошо! Но завтра должен приехать в отпуск Игорь, как с ним быть? Он появится, а здесь пусто, и ни записки, как вы говорите, оставить нельзя, ни соседей предупредить!
Алексей воскликнул:
– Игорь приезжает? Завтра?
– Да. Утром вылетает из Пятигорска, где-то в три после полудня должен быть здесь!
– Утром! Как рано он вылетит?
– Говорил, в 6.00, армейским самолетом!
– Ясно! У вас телефон его есть?
– Конечно! Только сотовый.
– Дайте мне, пожалуйста, его!
– Подождите!
Антонина Васильевна вышла в коридор, а Поляков ударил ладонью о стол и закурил очередную сигарету. Приезжает Костыль, Костылев, брат Ольги и командир соединения. А он, Поляков, думал, как выйти на фронтового друга. Это удача, большая удача. Но надо связаться с ним до того, как он покинет базу соединения. Что Поляков и попытался сделать.
Вошла мать Ольги и Игоря, положила перед Поляковым изрядно потрепанную тетрадь, открытую на второй странице, заполненной телефонными номерами, обычными поселковыми и международными. Был среди них и один мобильный. На него и указала женщина:
– Вот этот номер Игоря! Он, правда, не всегда отвечает по нему, но, может, вам повезет!
– Будем надеяться!
Антонина Васильевна вновь вздохнула:
– Ну ладно, пытайтесь дозвониться, а я пошла в дорогу собираться!
– С Машей, наверное, тяжело будет! Дети не любят, когда их будят, и капризничают!
На что женщина спокойно ответила:
– Внучка уже встала!
Поляков удивился:
– Да? Дисциплинированный ребенок!
– Как и ее мать! К сожалению… но не будем об этом!
Женщина вышла, а Алексей достал свой телефон, набрал номер, записанный в тетради. Послышался щелчок, затем длинные гудки. Наконец, недовольный, изменившийся, но все же знакомый голос:
– Кому это не спится? Какого черта?
Поляков, улыбаясь, произнес:
– А ты заматерел, Игорек! Хотя чему тут удивляться? Генералом стал, комбригом! Знал бы, что спеси набрался, не позвонил бы! Когда-то ты скромнее был! Значительно скромнее и почтительнее к старшим! Проснулся, Костылев? Или все еще спишь в оглоблях?
Генералу потребовалось время прийти в себя, после чего Поляков услышал на этот раз крайне изумленное:
