— Ну, разве щенка подаришь. Твой пес — чемпион. А сын — просто герой. Они быстро сориентировались и действовали четко. Наверняка, у них хороший тренер.
— Развиваю их природные дарования. Инспектор, как случилось, что твое посещение моей соседки Ингрид и визит налетчиков четко совпали по времени и месту. Только не пересказывай версию Бергшо: мол, другое расследование, случайное совпадение. В 100 % случаев полиция прибывает на место преступления после его совершения. Полагаю, ты на Эссинге оказался целенаправленно. Значит, ваше подразделение заранее проявляло интерес либо ко мне, либо к иранцам.
Ларе почувствовал уважение к сопернику, который мягко гнул жесткую линию.
— Что ж, сугубо между нами. Криминальная полиция ведет расследование убийства в Ринкебю. В связи с ним подозреваются иранцы. У нас был сигнал, что похожих типов видели на Эссинге. Мне поручили проверить, и я поговорил, в частности, с Ингрид. Оставил ей номер телефона. Когда она позвонила о нападении, я отрабатывал другую часть острова и тотчас среагировал.
— Огромное спасибо, а то я волновался: вдруг есть тайные причины для налета. Семья и, особенно, моя жена на взводе.
— Сын и собака в порядке?
— В полном. Ни царапины. Пес готов повторить подвиг в любую минуту.
— Герр Алехин, надеюсь на ответную откровенность. Как ты связан с иранцами или выходцами с Ближнего и Среднего Востока? Ведь бандиты выбрали твой дом. В случае Ринкебю такая связь между ними и убитым обнаружилась.
— Совершенно никакой связи не усматриваю. Не имеют знакомых из тех краев. Иранцев вижу только за прилавками на рынке. В Ринкебю никогда не бывал. Но если что-то всплывет, позвоню. Не мог бы я получить имена и данные налетчиков? Полезно знать, с кем имею дело.
— Сейчас нет. Возможно, позже.
— Не хочу оказывать давление на следствие, только мне нужна эта информация и чем скорее, тем лучше. В разговоре с Бергшо участвовал советский вице-консул, который готов действовать в официальном порядке. В таком случае скандал неизбежен. Мне и моей семье это совершенно не нужно. Думаю, и полиции тоже. Начнутся звонки коллег из шведских СМИ. Надеюсь, инспектор меня правильно понимает…
— Положение понятно. Постараюсь не допустить скандала.
Алехин сказал, что опаздывает на автобус, и попрощался. Петров из машины следил за тем, как из парка швед вошел в здание СЭПО. Подобрав Матвея на автобусной остановке, вице-консул поделился результатами наблюдения.
Стороны расстались довольные, если не друг другом, то сами собой. Алехин убедился, что инспектор, скорее всего, является контрразведчиком, который для прикрытия заявил, что работает в криминальной полиции. Опять же появилась информация об иранцах и убийстве в Ринкебю.
Торквист считал, что удачно прикрыл свое участие в событиях на Эссинге. Выяснилось, что русский, похоже, ничего не знал об иранцах и убийстве. История, начавшаяся в Ринкебю, очевидно, заканчивалась на Эссинге. Таким образом, можно сосредоточиться на контакте русского с председателем «ШП».
По пути домой Алехин остановился у телефонной будки и набрал номер Стурстена.
— Хей, Уве! Здесь Матвей.
— Привет, Матвей!
— Как насчет встречи сегодня?
— Готов вечером, только есть маленькая личная проблема. Вчера был сильно загружен, и моя девушка Ритва — ты с ней знаком — дуется на меня. Может быть, захватишь жену или подругу, и поужинаем вчетвером?
Оперработник опасался «маленьких проблем», однако деваться было некуда.
— Ок. Скажем в восемь в «Понтусе». Знаешь это место?
— Да, там отлично кормят.
— Договорились.
Вернувшись в кабинет, Торквист готовил дополнение к вчерашнему рапорту о вооруженном нападении. Звонок Ритвы пришелся вовремя.
— Хей, Ларе! Знаешь, с кем я ужинаю сегодня?
— Со Стурстеном?
— Да. А еще с объектом и его женой. Надеюсь, положение прояснится.
— Не спались. Клиент серьезный. Только что меня нагло шантажировал шумихой в СМИ по поводу странных совпадений в деле иранцев.
— Ты с ним встречался!?
— Да, парень позвонил на сотовый и потребовал встречу прямо здесь, в ГПУ. Консула притащил с собой, хотя разговор провел с глазу на глаз. Манеры корректные, хватка железная. Мне шеф разрешил встретиться.
— Есть, что-нибудь новое по иранцам?
— Молчат. Отпечатки пальцев одного из них обнаружились на месте недавнего убийства.
— Надо же!
Бандиты действительно ничего не говорили. Пока не приехал адвокат. Турок по крови, и швед во втором поколении, пользовался заслуженным авторитетом у клиентов из уголовного мира. Первым он побеседовал с Резой.
— Здравствуй Реза. Я — Богорис — твой адвокат. О гонораре не беспокойся — спонсоры платят. Они люди скромные, особенно твой Дядя, им популярность не требуется. Чтобы соблюсти формальности, подпишем договор.
— Давай.
— Плохо выглядишь. Здесь так отделали?
— Нет, собака порвала в доме.
— Ты просто позвонил в первую попавшуюся дверь, чтобы спросить дорогу к отделению почты, и на тебя набросилась собака?
— Точно.
— И втянула внутрь дома?
— А я, обороняясь, в нее выстрелил?
— Разве не в воздух?
— То есть в воздух!
— Но задержали тебя с пистолетом?
— Был в шоке, не успел выбросить.
