Коля в Ачинске окончил одиннадцать классов, собрался в военное училище, да не поступил, полгода поработал на строительстве Ачинского глинозёмного комбината, потом призвали в армию, отслужил, после демобилизации снова вернулся на стройку, а потом предложили службу в милиции. Тогда-то и столкнулся с Саней. Поехал в Красноярск, в краевое управление внутренних дел на медицинскую комиссию. Вечером стоит на предмостной площади в ожидании автобуса, собрался переночевать у родственников, а рано утром на медкомиссию, и смотрит – лицо знакомое. Неужели Саня? Понятно, десять лет прошло, ну очень похож.
– Саня, – сказал в меру громко в сторону парня, чтобы этим тестом развеять сомнения, не обернётся – значит, обознался.
Тот обернулся, пристально посмотрел:
– Коля! – воскликнул, широко улыбаясь. – Не может быть!
– Ещё как может!
Саня учился в филиале политехнического института при Красмашзаводе. Обнялись, отменялись вопросами-ответами: «Ты где?», «А ты?»
– Слушай, – предложил Саня, – поехали, у нас в общаге переночуешь. Раскладушка есть, матрац есть. Парни в комнате классные.
Купили портфель вина и поехали. Отмечали встречу всей комнатой. Далеко за полночь угомонились. Медкомиссию Николай не прошёл. Зрение, слух, остальные параметры – в нужных переделах, артериальное давление не вписалось в норматив. Вернулся Николай в Ачинск, пришёл в горотдел милиции с отрицательным результатом. Однако это не удовлетворило милицейского начальника, отвечающего за кадры.
– Ты чё, какое давление у такого лося?
– Артериальное.
– Керосинил, поди, накануне!
– Не без того! Друга детства встретил! Десять лет не виделись.
– Ты хуже ребёнка! Надо соображать, чё уж так невтерпёж-то! Нет бы отложить на денёк гулеванье.
– Я его десять лет не видел!
Начальник тут же позвонил в Красноярск, договорился о перекомиссии.
– Дуй в край, – сказал назидательно, – и давай без возлияний с друзьями и подругами!
Давление на этот раз оказалось в норме. Тот же врач, пожилая женщина, измеряла.
– И что оно так подскочило позавчера? – спросила, внимательно посмотрев на пациента.
– Не выспался и немножко выпил.
– Немножко – это пол-литра?
– Ну, не совсем.
Николай не стал уточнять, что за его «не совсем» стояли ещё две поллитровки вина.
– Мой тебе совет, дружок: высыпайся и не пей.
И стал Николай милиционером.
Попадая в Красноярск, обязательно шёл к Сане. Нравилось в общаге у студентов. В комнате не выключался магнитофон, была гитара, парни умные, весёлые. Первый раз пришёл к ним, когда учились на последнем курсе, потом погода писали диплом, после него кончились его пирушки со студентами – разлетелись.
На какое-то время растерялись с Саней, чтобы потом неожиданно столкнуться. Судьба несколько раз сводила их по принципу «как снег на голову». Второй раз выглядело так: Николай шёл из краевого управления внутренних дел, на улице Мира услышал своё имя, обернулся – Саня догоняет.
– Давай пообедаем, – предложил тот.
Они отправились в ресторан «Енисей». Заведение днём выглядело более чем чинно, даже сонно в сравнении с вечерним состоянием, когда музыка на полную, громкие разговоры за столиками, официанты в мыле, в общем – дым коромыслом.
Заказали полноценный обед. Не могли не выпить за встречу, но по сто граммов – рабочий день.
На вопрос Николая, где работает Саня. Тот односложно ответил «в одной конторе». Николай решил – в закрытом конструкторском бюро или научно-исследовательском институте. Таких полно было в Красноярске.
– Инженером?
– Ну, да! – ответил Саня.
И снова они потерялись друг для друга. Ещё раз столкнулись «снегом на голову» в Москве – в Третьяковской галерее. Саня стоял у картины земляка Василия Сурикова «Боярыня Морозова».
– Товарищ, и чё эт мы тут высматриваем, а? – по-милицейски строго спросил Николай, встав за спиной друга.
Николай после отпуска летел с женой из Сочи в Красноярск, в Москве пересадка. Прибыли в столицу утром, рейс в Красноярск ночью, жена захотела в Третьяковку. А там Саня собственной персоной.
– Коля, ты как здесь? – удивился Саня.
– Из Сочи, пересадка в Красноярск, вот моя жена. А ты?
– Да я в Балашихе.
Николаю будто на ухо шепнули. И он шепнул Сане:
– КУОС?
Саня с удивлением посмотрел на него:
– С чего ты взял?
– Я ведь опер, – сказал он, по реакции друга понимая, попал в точку. Саня – комитетчик.
КУОС – курсы усовершенствования офицерского состава КГБ.
После этого они несколько раз созванивались, но не пересекались. Саня работал в Канске, Норильске, а Николая направили начальником оперативного отдела в Курагино. Оттуда командировали с отрядом МВД «Кобальт-2» в Афган. В конце марта 1981 года, пройдя предвоенные двухнедельные курсы в Ташкенте, полетел в Мазари-Шариф, откуда направили на границу с Туркменией в Меймене (провинция Фарьяб), на оперативно-агентурную работу, которая хоть в Курагино, хоть в Африке, хоть в Афганистане одинаковая.
