Накануне внезапного закрытия "дыры" программа "Сувениры в обмен на деньги" — была всесторонне организована, а её участники — надлежащим образом мотивированы. Зачем всё это Володе понадобилось — не представляю даже сейчас. Там просматривается с полдесятка "вложенных планов"… План "А" — выглядел логично и не вызвал возражений даже у щепетильного в вопросах "научной этики" профессора Радека. Совершенно очевидно, что если не сдать неистово жаждущим сувениров начальникам годные в этом качестве "артефакты" — те нажмут на доступные им рычаги… и ничего противопоставить не удастся. Ценные находки "планетарного значения" — расползутся по частным коллекциям. Логика — тут бессильна, зато печальных примеров "утечки экспонатов" — масса. Спросите любого практикующего археолога… Метод борьбы с данным явлением — достаточно прост. Ещё на этапе "черновой обработки материалов" находки разделяют на три кучки. "Особо ценные образцы", "часто встречающиеся" и "не представляющие научного интереса". Первыми — пополняют музеи и "закрытые фонды". Вторые — возят по миру, дарят и обмениваются. Последние — предназначены в жертву любителям экзотики и часто просто распродаются. А если предметов "последней категории" маловато — их просто фабрикуют. Так, вокруг эпичных развалин греческого Парфенона, каждый год, рассыпают десятки грузовиков мраморных обломков (из ближайших каменоломен). В противном случае, туристы начнут отколупывать "кусочки на память" от настоящих памятников… "Дыра" нужными по качеству находками "третьего сорта" не изобилует, но кто сказал, что проблема безнадежна? В считанные дни, на территории закрытого от чужих глаз склада боеприпасов, с помощью микроволновки (честно спертой у "штабных"), нескольких корундовых тиглей (подарили химики), небольшого гидравлического пресса и ножниц по металлу (привет от "механического участка") образовался "филиальчик Малой Арнаутской", где по авторитетному мнению Остапа Бендера — издавна производилась и производится вся отечественная контрабанда.
Крупные золотые самородки, достойные красоваться на фото к "сертификату", в своем натуральном виде — попадаются редко. Основной улов "труженников миноискателя" — золотая мелочь… Обидно не? Хотя суммарный вес "золотинок", после каждой вылазки к Большим Котам, достигал десятков грамм "на рыло". Таким образом — сырья хватало. А дальше — дело техники… Руководствуясь заветами ювелира Рухумовского, создателя скандально знаменитой "Короны Стайтоферна", на фабрикацию наших будущих "артефактов" шел безупречно качественный "местный материал". Любая экспертиза — подтвердит происхождение золота по микропримесям, характерным для самородков, добытых в Южном Прибайкалье… Тускло-желтое металлическое крошево, засыпанное в корундовый тигель — микроволновка превращала в яркую лужицу жидкого золота. А та, после остывания, между полированными плитами пресса становилась бесформенной блестящей кляксой… Зубилом, ножницами, просечками, камнями и зубами (!) — заготовке придавалась умеренной вычурности форма (в стиле "тунгуский примитивизм"). Отделенные от основного куска металла кусочки укладывались на него сверху и будущий артефакт снова отправлялся под пресс, где приобретал стандартную для всех "сувениров" толщину два миллиметра. Золото не окисляется и под давлением прекрасно слипается в монолит. Полученный "артефакт", точно совпадающий по весу с теми золотыми самородками, что принес "искатель" — выдавался ему для официального оформления "находки".
Скромно добавлю, что принимала в этой уголовщине самое деятельное участие. Своими руками принимала (под расписку) золотосодержащее "сырье"… Своими руками (в резиновых перчатках, после мойки в обезжиривающем растворе) выдавала "сдатчикам" обратно готовые золотые "артефакты"… Своими руками выписывала заключение химической экспертизы (ну, отличные у меня в модуле приборы) о содержании в объекте драгметаллов и примесей. Расписочка о сдаче золотого песка уничтожалась прямо на глазах заинтересованных сторон. Свидетелей — нет. И всё шито крыто… Володя не любил умножать сущности. "Законность", во всех смыслах, если его и интересовала, то не более, чем инструмент для достижения собственных целей. И что особенно любопытно, похоже — все соучастники "процесса" хранят молчание. Даже Ленка — не в курсе (хотя Кротов — полностью и во всех подробностях). Помнится, он даже обрушил взрывом склон, под которым содержание "золотых знаков" оказалось особенно высоким. А что такого? Научный эксперимент. Вот про те самородки филологиня знает. А про всё остальное — не.
