Всякому приятно свое собственное пение.[1366]
Без содействия рук всякая речь слаба и недостаточна.[1367]
Притвориться философом можно, а оратором нет.[1368]
Лучше, чтобы одобрили дело, защищаемое оратором, нежели самого оратора.[1369]
Злоязычный от злодея отличается только тем, что первый не имеет случая злодействовать на самом деле.[1370]
Хорошо говорить и хорошо писать – одно и тоже.[1371]
Только то дело кажется долгим, которое делаешь без охоты.[1372]
И в старости можно научиться всему, была бы охота.[1373]
Счастливы были бы искусства, если бы о них судили одни художники.[1374]
Не для того я живу, чтобы есть, а ем для того, чтобы жить.
Практика без теории ценнее, чем теория без практики.
Правда, законность, добродетель, справедливость, кротость – все это может быть объединено в понятии «честность».
Силу нужно поддерживать постоянным упражнением.
Что может быть честнее и благороднее, как научить других тому, что сам наилучшим образом знаешь?
Отучить от чего-нибудь – труд более тяжелый и первоочередной, чем научить чему-то.
Учиться никогда не поздно.
Тот, кто быстро пишет, не научится писать хорошо; но тот, кто пишет хорошо, научился писать быстро.
Главное в ораторском искусстве состоит в том, чтобы не дать приметить искусства.
Слишком старательные поиски слов часто портят всю речь. Лучшие слова – это те, которые являются сами собой; они кажутся подсказанными самою правдой.
Сила духа и страсть делают людей красноречивыми.
Письменные упражнения шлифуют речь, а упражнения в речах оживляют письменный стиль.
Всякое слово где-нибудь да оказывается подходящим.
Краткость речи не должна лишать ее изящества, иначе речь будет груба.
В языке нянек не должно быть погрешностей.
Что говорится в народе, то, не имея определенного автора, становится как бы общим достоянием.
Есть такие краткие изречения или пословицы, которые всеми приняты и употребляются. Такие изречения не переходили бы из века в век, если бы всем людям не казались истинными.
Только случай мешает человеку злоречивому стать злодеем.
От смеха недалеко до высмеивания.
Судят люди невежественные, и часто их нужно обманывать, чтобы они не заблуждались.
Свобода и распущенность – понятия одно другому совершенно противоположные.
То, что в одних случаях называется свободой, в других – называется распущенностью.
Совесть – тысяча свидетелей.
Если война причина зол, то мир будет их исцелением.
Уничтожь деньги – уничтожишь войны.
Лучше отказаться от острого словца, чем от друга.
Честолюбие само по себе, может быть, и порок, но оно часто является источником достоинства.
Лжец должен обладать хорошей памятью.
Кто ни с кем себя не сравнивает, тот, естественно, мнит о себе слишком много.
Ничто так не обязательно всему роду человеческому, как медицина.
Всему свойственна своя прелесть.
Ничто не сохнет легче слез.
Поздно признаваться в ошибке, когда весь корабль под водою.
Помышляй не о том, что ты можешь сделать, а о том, что должен.
Будь первым исполнителем своих приказаний.
Настоящая победа только та, когда сами враги признают себя побежденными.
Присутствие уменьшает славу.
Слава (…) не имеет ни безошибочного глаза, ни совершенного слуха и поэтому нередко впадает в ошибки.[1375]
Любящим нравится, поссорившись с возлюбленным, мириться с ним вновь, – ничто не может доставить им большего удовольствия.[1376]
Залевк из Лотр ввел множество справедливых и полезных законов, один из них таков: буде во время болезни житель Эпизефирийских Локр без совета врача выпьет неразбавленного вина, даже если выздоровеет, будет наказан смертью, так как отведал того, что ему не было предписано.[1377]
На острове Крит (…) полагалось заучивать законы вместе с определенной мелодией, чтобы благодаря музыке легче запоминались слова, и, преступив какой-нибудь запрет, нельзя было отговориться неведением.[1378]
Деньги что еж, которого легко словить, но непросто удержать.[1379]
Тираническая власть не переходит дальше второго колена – оно либо сразу, как сосну, подрубает жизнь тирана, либо отбирает у наследников.[1380]
Во времена, когда митиленцы еще удерживали свое морское господство, они наказали отложившихся от них союзников, запретив им обучать своих детей грамоте и музыке, ибо считали самым тяжким лишением не уметь читать и писать и не иметь понятия о музыке.[1381]
Мир постепенно изнашивается.[1382]
Надежда – сновидение бодрствующих. (Со ссылкой на Платона).[1383]