Я достаю свою старую тетрадь по религии и перелистываю ее еще раз, надеясь, что письмо окажется там. Я уже начинаю паниковать, но тут маленькие клочки бумаги выпадают из тетрадки и летят на пол, кружась в воздухе. Я наклоняюсь и поднимаю обрывки с пола, тут же узнавая слова, они буквально вспыхивают в моей голове. Бумажки слишком мелкие, чтобы прочитать на них меньше, чем половина слов, но это точно почерк Гарри. Мое сердце разрывается. Я смотрю на кусочки, и понимание с силой ударяет по мне. Он уничтожил его. Слезы начинают катиться из моих глаз, и я позволяю обрывкам упасть обратно на пол. Мое сердце снова разбито и мне интересно, сколько же может выдержать одно сердце?
POV Гарри
— Ты можешь идти, — я освобождаю Лиама от его обязанности няньки.
— Я никуда не пойду. Она только приехала, — говорит он. Думаю, он - одна из причин, по которой она так хотела приехать сюда, а может даже и единственная, — хорошо, — раздражаюсь я и понижаю голос, — как он чувствовал себя пока меня не было? — Тихо спрашиваю я.
— Хорошо, уже меньше трясется и не блевал со вчерашнего утра.
— Гребанный наркоман, — я провожу рукой по волосам, — блять.
— Успокойся, все будет хорошо, — уверяет меня сводный брат. Я игнорирую его слова и иду в комнату, чтобы найти Тессу.
Когда подхожу к двери спальни, я слышу тихий всхлип, доносящийся из комнаты. Быстро вхожу внутрь и вижу, что она сидит на полу, прижав ладони ко рту, из ее глаз текут слезы, и она смотрит на пол, опустив голову вниз. Еще один шаг и я вижу, на что она смотрит.
Блять.
Блять.
— Тесс? — Я пытался придумать, как восстановить это письмо, но у меня никак не было времени. Я собирался найти все кусочки и попытаться склеить их… Ну, или хотя бы рассказать Тессе прежде, чем она узнает сама об этом. Но теперь слишком поздно.
— Тесс, мне жаль, — извинения выпадают из моих уст, одновременно с тем, как слезы скатываются по ее щекам.
— Зачем ты… — Всхлипывает она не в состоянии закончить предложение. Сердце сжимается у меня в груди. На секунду, мне кажется, что мне даже больнее, чем ей.
— Я был так зол после того, как ты ушла от меня, — начинаю я, подходя к ней. Но она пятится назад. Я не виню ее, — я не мог мыслить здраво, а оно было здесь. На кровати, где ты оставила его.
Тесса ничего не отвечает, но и не отводит от меня взгляд.
— Я клянусь, мне очень жаль, — отчаянно произношу я.
— Я… — Начинает она, задыхаясь, и рассерженно вытирая щеки, — мне просто нужна минутка, хорошо? — Она закрывает глаза и еще несколько слезинок стекает по щекам.
Я хочу дать ей минутку, как она и просила, но я слишком эгоистичный и боюсь, что чем больше времени пройдет, тем больнее ей станет и она решит, что не хочет больше видеть меня.
— Я не выйду из комнаты, — говорю я ей, и снова приглушенный всхлип вырывается с ее губ.
— Пожалуйста, — умоляет она сквозь свою боль. Я знал, что ей будет больно, когда она узнает о том, что я уничтожил письмо, но я не ожидал, что мне будет так больно.
— Нет, — я отказываюсь оставлять ее здесь одну и позволять снова плакать из-за моих ошибок. Сколько еще раз это случится в этой чертовой квартире?
Она отводит взгляд от меня, садится на край кровати и складывает трясущиеся руки вместе, ее глаза полузакрыты, а губы дрожат, пока она пытается успокоиться.
Я падаю на колени перед ней, но она отталкивает меня. Я игнорирую это и обвиваю руки вокруг ее талии.
После некоторых изнуренных попыток вырваться, она, наконец, сдается, и позволят мне успокоить ее.
— Мне так жаль, малышка, — повторяю я. Не знаю, произносил ли я эти слова когда-либо так же искренно.
— Я любила это письмо, — плачет она у меня на плече, — оно столько для меня значило.
— Знаю. Прости меня, — я даже не пытаюсь оправдать себя, я знаю, что я полный идиот.
Я немного отодвигаю ее от себя, беру лицо в свои ладони и понижаю голос, — не знаю, что сказать, кроме того, что мне очень жаль.
Наконец, она начинает говорить:
— Я не скажу, что все нормально, потому что это не так… — Ее глаза красные и распухли от слез.
— Я знаю, — я наклоняю голову и убираю ладони от ее лица. Через секунду я чувствую, как ее пальцы прижимаются к моему подбородку, заставляя меня посмотреть на нее, как обычно делаю я.
— Я расстроена, опустошена, но ничего не могу с этим поделать, поэтому нет смысла сидеть здесь и рыдать все выходные. И я уж точно не хочу, чтобы ты винил себя в этом, — она из-за всех сил старается выглядеть спокойной, но я, то знаю, как ей больно на самом деле.
— Я склею его для тебя.
— Хорошо? — Произношу я, когда она не отвечает.
Она протирает мокрые глаза от слез, ее макияж размазался. Из-за ее молчания мне ужасно тяжело, лучше бы она орала на меня, чем вот так вот молча плакать.
— Тесс, пожалуйста, поговори со мной. Хочешь я отвезу тебя обратно в Сиэтл? — Даже если она скажет “да” , я точно не сделаю этого. Но предложение слетает с моих губ быстрее, чем я успеваю это обдумать.
— Нет, — она трясет головой, — я в порядке.
