Джухон хочет Чангюна себе. Чангюн хочет любви. Им Чангюн бедный паренек, у которого никого и ничего нет. Ли Джухон, наследник огромной корпорации и единственный сын одного из самых могущественных и богатых людей страны. Он не поставит все на кон из-за какого-то мальчишки, пусть даже этот мальчишка блядски красив. Джухон подозревает, что Чангюн не примет его предложение. Было бы легче, если бы принял, но если нет, то Джухон заставит.
========== 3:00 a.m. ==========
POV Чангюн
500.000 долларов. Продажа квартиры, дома за городом и машины смогла оплатить только 350 тысяч. Осталось долбанных 150 тысяч, если вернуть и их, то всё бы закончилось. Но продавать больше нечего. И достать такую сумму не у кого.
Все случилось ровно два года назад, когда отец влез под этот неподъемный долг. Хотя, скорее всего, началось все не два, а восемь лет назад, когда от нас ушла мама. Мы жили безбедно, можно сказать даже хорошо. Я учился в элитной школе, готовился поступать на экономический факультет крупного местного университета, посещал курсы изучения французского языка и ходил на танцы. Родители меня баловали и ни в чём не отказывали. Одним словом, я жил обычной жизнью паренька, необременённого какими-то заботами и проблемами.
Я до сих пор не совсем понял, почему мама нас бросила, потому что всегда знал, что отец любил её безумно и до сих пор любит. Он буквально носил мать на руках и выполнял любое её желание. Поэтому, став свидетелем ночного разговора своих родителей на кухне ровно восемь лет назад, я, как ребенок, которому тогда только стукнуло десять, не понял, что означало мамино «Я люблю другого». Следующим утром мать ушла. Я удостоился только короткого поцелуя в лоб и, начиная с того дня, стал ждать её возвращения каждый день.
Мой детский мозг отказывался верить в то, что мама ушла навсегда и что она меня больше не любит. Именно тогда, пытаясь отвлечься от вечных посиделок на окне в ожидании матери, я открыл в себе безумную любовь к готовке. Я стал сутками изучать технику приготовления блюд и десертов и даже смог выбить у отца деньги на курсы кулинарии. Возможно, это был мой личный способ борьбы с реальностью, в которой мама не просто ушла от отца, а бросила ещё и своего единственного ребенка. Готовя, я словно погружался в другой мир, где не было никаких проблем и где я почти не скучал по маме. Отец же нашёл для себя другой путь выхода из ситуации и стал пить. Несмотря на то, что я был несовершеннолетним, отец мог неделями не появляться дома, даже не интересуясь тем, чем я питаюсь, хожу ли я в школу. Словно меня вообще и не было. Из-за всего этого мне очень рано пришлось повзрослеть.
Основным доходом нашей семьи был автомобильный бизнес. Отцу принадлежали несколько салонов автомобилей в городе и плюс сеть профилакториев по сборке и ремонту на выезде из города. Любовь отца к бутылке привела к тому, что отец отдалился полностью от дел компании, и за четыре года нам пришлось продать весь бизнес, который стал работать только в ущерб. После того как были оплачены все неустойки и налоги, на оставшееся мы прожили ещё два года. Я бросил все курсы и с трудом закончил среднюю школу. Конечно, никуда я не поступил из-за отсутствия финансов, хотя всегда учился хорошо, просто у нас в стране нет бесплатного высшего образования.
То, что отец задолжал большую сумму крупному бизнесмену в городе, я узнал только через несколько месяцев. Я этих денег в глаза не видел и был сильно удивлен, когда за ними в нашу квартиру пришли двое громил. Отца, конечно, не было дома. Они сказали, чтобы я предупредил его, что дата возврата долга приближается, и ушли. Я тогда сильно испугался, хотя они даже в квартиру не вошли и пальцем меня не тронули. Всю ночь я не мог сомкнуть глаз и ждал, когда вернется отец. Он не пришел и на следующий день, и я отправился в местный кабак, зная, что отец сидит там. Он долго смотрел на меня помутневшим взглядом, а потом просто сказал, что это правда. По словам отца, он собирался начать новое дело и одолжил полмилиона у г-на Ли Сана. Долг должен быть возвращён в конце месяца. Потом он сказал, что завтра сам поговорит с тем, кому должен, и попросит отсрочку. На мой вопрос, где эти деньги, отец сказал, что вложил их в какое-то дело, которое погорело. Я так ничего и не понял, потому что он нес какой-то пьяный бред, а на мою попытку вытащить его из кабака он сильно толкнул меня и обозвал сучьим отродьем. Это было что-то новое, потому что обычно, когда он злился, он просто называл меня педиком, а мать никогда не обзывал. По его мнению, именно моя нетрадиционная сексуальная ориентация довела его до такого положения. Факт того, что спился он после ухода матери, а про мою ориентацию узнал намного позже, не имел никакого значения для него. То, что я гей, я сам понял ещё в школе, когда безумно влюбился в своего одноклассника, но моя детская любовь, конечно же, была безответной. В девятом классе я, как идиот, написал объекту своей любви валентинку, а на утро вся школа уже смеялась надо мной. Все издевательства и насмешки я вынес с высоко поднятой головой, возможно ещё и потому, что они все казались мне мизерными на фоне домашних проблем.
