Поскольку Юнь Чэ уже потушил пламя с Золотой Ворона, он больше не собирался их всех уничтожать. Его холодный взгляд окинул окрестности, а затем Юнь Чэ произнес невероятно печальным и серьезным тоном:
– Поклонитесь до земли перед Мастером Су. После этого исчезните из виду! И никогда больше не называйте себя членами клана Великого Пробуждения!
Слова Юнь Чэ, несомненно, означали для них всех помилование. Последователи клана Великого Возрождения рухнули на колени в панике перед Су Хэнь Шанем, глухо ударившись головой о землю… Их поклоны были глубокими и усердными, но не потому, что они хотели жить, а потому что они были благодарны Су Хэнь Шаню и сгорали от стыда.
- Мастер, мы причинили Вам зло. Мы не достойны называться даже собаками или свиньями. Мы никогда не увидим Вас снова, мы желаем вам… всего наилучшего!
- Мастер, в следующих жизнях мы обязательно будем неутомимо трудиться, чтобы отплатить Вам за ваше безграничное великодушное…
Слезы стекали по лицам некоторых из последователей клана Великого Возрождения, когда они закончили кланяться. Были и другие, которые десятки раз кланялись, разбивая в кровь головы о землю, и еще были другие, которые прощались с Су Хэнь Шанем во время поклонов; им было слишком стыдно смотреть ему в глаза.
Они быстро расступились и наконец все разошлись. Юнь Чэ спокойно наблюдал за тем, как они улетали и не пытался их остановить.
Су Хао Жань, Су Хэнь Юэ и Су Ван Цзи собрались вместе. Они планировали незаметно уползти, но тяжелая морозная аура внезапно прижала их к земле, превращая в глыбы льда прямо на том месте, где они находились.
- Я говорил, что вы трое можете уйти? – рядом раздался пронзительный голос Юнь Чэ.
Все трое задрожали, обернувшись. Они едва держались на ногах и, казалось, вот-вот падут на колени. Их губы трепетали, но из горла не раздавалось ни единого звука.
- Су Хэнь Юэ и Су Ван Цзи, – сказал Юнь Чэ, и его мрачный деспотичный взгляд пронзил их так, что они побледнели. – Шесть лет назад вы оба объединились вместе со Крепостью Черного Леса, чтобы запугать Мастера Клана Су. Это уже было равнозначным предательству своего клана, и даже если бы я убил вас на месте, то этого было бы недостаточно. Но по причине вашего родства с кланом, Мастера Су не только отказался от возможности сурово наказать вас, он решил больше не заниматься этим вопросом. Но вы были не то что непризнательны ему, а даже замышляли совершить такой неблагодарный и отвратительный поступок!
- А что касается тебя, Су Хао Жань, – сказал Юнь Чэ, сквозь зубы, – как Младший Мастер клана Великого Пробуждения, ты нанес ужасно огромный вред своим членам клана и своему отцу ради личной выгоды! За один день ты разрушил все основания, которые клан Великого Пробуждения закладывал сотни лет! Ты начисто лишен совести, даже не достоин называться собакой или свиньей, человеком, ты заслуживаешь быть сраженным молнией! Ты настолько бессовестный, что по-прежнему считаешь, что заслуживаете жизни?
Все тело Хао Жаня непослушно дрожало, он внезапно пал на колени и начал кланяться перед Су Хэнь Шанем без остановки:
- Отец, я был неправ… Я действительно раскаиваюсь, спаси меня… Спаси меня, пожалуйста… Отец!
- Ты осмеливаешься называть его отцом? – сказал Юнь Чэ, медленно приближаясь к ним, его воображение рисует ужасающие и жестокие картины, где они умирают в агонии. – То, что у Мастера клана Су есть такой сын, и то, что у Лин’эр есть такой старший брат, поистине величайший позор всей их жизни.
- Все, вы тоже можете уходить, – позади Юнь Чэ раздался разочарованный голос Су Хэнь Шаня и заставил их подпрыгнуть от неожиданности…
- Исчезни и больше не появляйся… Я не хочу видеть ни одного из вас снова, – Хэнь Шань опустил взгляд, его голос был еле слышен, будто он разговаривал сам с собой.
- ... – Юнь Чэ остановился, на его лице появилось выражение, полное безразличия.
Су Хао Жань и двое других человека едва могли поверить своим ушам после того, как услышали слова Су Хэнь Шаня. Все трое расширили глаза, поднявшись на ноги и дрожа от страха. Они попытались посмотреть, могут ли они сделать несколько шагов… и затем чуть не сбили друг друга с ног, уносясь как три собаки, которым обрезали хвосты.
Юнь Чэ стоял на своем месте и не преследовал их. Только через долгое время он наконец повернулся и подошел к Су Хэнь Шаню.
Су Хэнь Шань опустился на землю без сил, опустив голову так, что его растрепанные волосы упали на лицо. Он пробормотал про себя:
– Юнь Чэ, ты наверняка презираешь мое нынешнее состояние… Хе-хе-хе… – он горько рассмеялся и продолжил. – Если бы на моем месте был какой-то другой Мастер клана, он бы не упустил случая, чтобы лично разорвать их на клочья, но я… я не мог этого сделать…
- Последние несколько лет я всегда помнил о нашем с ними родстве. И в результате я шел на компромиссы и уступал им, думая, что это все исправит. Но, в конце концов, я… просто не могу быть Мастером клана. Если бы не моя нерешительность, сострадание и несерьезность, этого бы не случилось с кланом Великого Пробуждения…
